- Серьезный тон Ильдара заставляет снова на него посмотреть. — Ответь честно, пожалуйста. Обещаю, что никаких обид и истерик устраивать не буду.
Я киваю. Мол, обещаю.
— У тебя кто-то есть? Парень, поклонник?"
"Я не хочу ему врать. На эту часть правды я имею право - я ведь не планирую называть имен. Чем раньше Ильдар смириться, что мы останемся лишь друзьями, тем лучше.
— Да, есть, - говорю я, глядя ему в глаза. — Еще не парень, но уже и не поклонник. Не знаю, как его назвать. Короче, мы пробуем.
— Ясно.
Закусив губу, я дергаю бровями. Ну вот как-то так вышло - не обессудь.
— Я не сильно расстроен. Вернее расстроен, конечно, но не так как ты себе представляешь, - продолжает он с воспрявшей бодростью в голосе. — Это не первые твои отношения, происходящие на моих глазах. Можешь смеяться, но у меня откуда-то есть уверенность, что рано или поздно мы будем вместе.
Из моих легких вырывается смешок неверия. Вот это заявочки.
— Юсупов, ты прямо герой книги, всю жизнь ждущий ту самую. - Я по-дружески пихаю его локтем. — Откуда только такого набрался?
— Смейся-смейся, - улыбается он. — Терпения у меня навалом, как ты заметила. А пока будем просто дружить.
63
Несмотря на то, что рассказ о приступах эпилепсии Ильдара меня расстроил, после его ухода я почувствовала облегчение.
Уф-ф. Баланс справедливости снова восстановлен.
— Как насчет кофе сегодня? — Диляра заискивающе смотрит на меня поверх ноутбука. — Очень нужен твой совет.
— Что-то связанное с твоим принцем из Владивостока?
Лицо коллеги становится виноватым, как у нагадившего кутенка, но спустя паузу она стоически кивает.