— В будущем рассмотрю вариант Мерседеса с личным водителем, - шучу.
Но Камиля моего юмора, кажется, не понимает, и это удручает. Мне не нравится выглядеть заносчивой балаболкой в глазах новоиспеченного работодателя.
— А пока лет пять поезжу на метро, - брякаю я и от этого неуклюжего пояснения ощущаю себя еще более неловко.
-- Вряд ли. В этом городе такие как ты быстро поднимаются. Профессия и хватка у тебя подходящие.
— Такие как я - это какие?
— Пересказывать не буду. Все есть в твоем резюме.
Я пытаюсь вспомнить, что такого про себя понаписала.
Целеустремленная, умеющая работать с условиях многозадачности, амбициозная, настойчивая… Видимо, что-то из этого Камиль и имеет в виду.
— Приму это за комплимент, - выговариваю я как можно небрежнее.
Ничего не ответив, Камиль продолжает крутить руль. Но и отрицать, что только что меня похвалил, не пытается. Это хорошо.
Отвернувшись к окну, я заново проматываю в голове детали собеседования и остаюсь крайне довольной.
Ох уж этот когнитивный диссонанс, с которым все чаще приходится иметь дело! Я конечно допускаю, что мир не делится на черное и белое, но сама предпочитаю не копаться в оттенках. Насилие и убийства - это плохо, любовь и милосердие - хорошо. Овощи и фрукты - полезны, картошка фри - вредная, но если очень хочется, то изредка поесть можно.
— Я думала, что собеседование будет проводить Булат, - говорю я вслух.
— Делами автосалона преимущественно занимаюсь я, - парирует Камиль, тем самым подтверждая мою недавнюю догадку о разделе полномочий. .
— Еще я была приятно удивлена.
Иронично усмехнувшись, Камиль поворачивается в мою сторону.
— И чем же?
— Твоей компетентностью, и тем как шел разговор.
— А как я, по-твоему, должен был говорить? Через слово материться и стучать по столу кастетом?
— Мне стоит напоминать о случае в лифте? - не выдержав, огрызаюсь я.
— Запомни одну вещь. - Из непринужденного тон Камиля становится строгим и поучающим. - В будущем, возможно, пригодится. Только отморозки кусают без причины. Мне, по большому счету, все равно, что ты обо мне думаешь, но открыто в себя плеваться я не позволяю даже женщинам.
Нахмурившись, я смотрю перед собой.