— За нападение вы будете жестоко наказаны!
— Мне сразу испугаться или можно немного подождать?! — насмешливо поинтересовался я.
Мои слова сбили с капитана дерзость, но не самоуверенность.
— Герцог доберется до вас, где бы вы ни скрывались! — пригрозил он.
— Передашь герцогу, что он может найти меня в Роттердаме, — сказал я. — Если не повешу тебя. Меня раздражают самоуверенные дураки.
Капитан каравеллы тряхнул головой, словно избавляясь от глупости, и правый ус выпал из-за уха.
Испанец привычным движением вернул ус на место, после чего довольно любезно произнес:
— Я не хотел обидеть синьора, просто сообщил, кому служу.
— Будем считать, что я тебе поверил. Что и куда вез? — спросил я.
— Индийскую селитру из Кадиса в Виго. Там у герцога пороховая мастерская, — ответил капитан.
Порох из индийской селитры считается самым лучшим, даже если его изготовят испанцы.
— Возле Виго тебя и остальную команду каравеллы высажу на берег. Передашь герцогу Альбе, что порох, сделанный из его селитры, поможет гёзам выгнать испанцев из Голландии, — сказал я, не подозревая, что мои слова окажутся пророческими.
В Роттердам мы вернулись в конце июля. Часть своей доли я взял селитрой. Отдал ее изготовителям пороха. Его постоянно не хватает, особенно хорошего. Точно так же распорядился своей долей добычи и князь Оранский. Точнее, от его имени адмирал Луи де Буазо, который находился в Роттердаме. Вильгельм Оранский, подхватив лихорадку, отлеживался в монастыре святой Агаты в Делфте.
"Первый раз испанцы осадили Лейден в октябре прошлого года. В марте этого года сняли осаду и повели войска навстречу Людовику Нассаускому. Разгромив его и утихомирив взбунтовавшихся испанских солдат, которые требовали «не обещаний, а денег», в конце мая вернулись.