Ещё одна голова валялась на земле. Стальной гигант добрался и всё-таки отрезал. Этот гад умудрился как-то слишком быстро прибежать на подмогу...
— Игорь! Игорь, держись! — орал он, пытаясь добраться до второй, сипящей головы.
Однако ему мешали остальные головы, которые плевались в него ядом и пытались куснуть. Но его крики сделали своё дело, и подоспевшие жители узла быстро поняли, куда делся их правитель. После чего накинулись на гидру всей толпой.
Правда, это не продлилось долго. Порождения, прибежавшие следом, накинулись уже на них.
А Туриг радостно ухмыльнулся и вывалил язык из пасти. Даже потеря глаза его теперь не особо сильно напрягала.
«Давно я так не веселился!» — довольно думал он, наблюдая за суматохой вокруг чудовища.
— Туриг! Туриг, они отрезали ей голову! — рядом плюхнулся на землю Пур-То.
С лица толстяка градом катился пот, а пухлый рот был искажён гримасой отчаяния.
— Р-р-р-р-р! — Туриг раздражённо попросил его отвалить.
«Как только он меня нашёл-то?!» — мысленно удивился зверочеловек.
— Они собираются отрезать ей вторую голову! — истерично завопил толстяк. — Что делать?! Я не смог её отозвать!..
Туриг удивлённо уставился на Пур-То. И даже на всякий случай переспросил:
— Р-р-р-р?
— Да! Мне сообщение пришло, что нельзя отозвать раба, когда внутри него живой не-раб! — несчастный толстяк трясся мелкой дрожью.
— Р-р-р-р… — растерянно сообщил Туриг.
— А где Игорь? — спросил Пур-То, видимо, начиная догадываться о причинах поведения гидры. — Где он?!
— Р-р-р-р-р! — ответил Туриг и мотнул в сторону гидры головой.
— Это он внутри?! Он внутри?!?! — Пур-То зло прищурился. — Ты мне ответишь за это!
— Р-р-р-р-р-р! — зверочеловек повернул к толстяку оскаленную пасть, а тот агрессивно пискнул и выставил вперёд руку, готовясь ударить конструктом.
«Ну вот, он перешёл на вторую стадию: уже готов сопротивляться! — с удовлетворением подумал Туриг. — Интересно, жирдяй понимает, что когда начнёт мне всерьёз угрожать, он — труп?»
Все колдуны, работавшие с ним и бабулей Ло, именно так и заканчивали. Сначала они побаивались «шерстяного волчару», затем начинали на него огрызаться, а потом — уже и сами лезли в драку с Туригом.