Именно потому они не контактируют с правительствами и учеными. На Земле они могут не иметь ни политических, ни колониальных, ни научных интересов, а главной ценностью для них может быть совсем не то, что мы думаем. Как для индейцев было непонятно, зачем бледнолицым красивый, но бесполезный желтый металл. Водопьян тут же вспомнил, что у братьев Стругацких марсианам от людей нужен был только желудочный сок.
Герман тогда задал один-единственный вопрос: «Как понять, что с тобой вышли на контакт?»
«Наверное, должно произойти что-нибудь неожиданное, – сказал папа Дима.
«Ага, – тут же снова подхватил Самоцветов, – например, тебе вдруг придет письмо: “Очень хотим заключить с Вами пожизненный договор на еще не придуманную книгу”…»
Все засмеялись.
Через три месяца Герману пришло письмо.
…Дверной скрип принудил вынырнуть из мелководья воспоминаний.
Леха и Герман синхронно обернулись к табличке «Прием».
– Господин Титов? – спросили из-за двери.
– Да… – ответил Герман.
Он всегда немного стеснялся фамилии, потому что часто слышал, а не родственник ли он космонавту номер два. Но и псевдоним брать не хотел.
– Пройдите, пожалуйста!
– Э, а я?! – вскочил Леха. – Я дольше сижу!
– Господин Самоцветов? – донеслось из-за двери. – Титов записан на два, а у вас в приглашении – два тридцать.
– Везде-то ты пролезешь, – беззлобно сказал Леха Герману.
* * *Герман ни разу не видел живых литагентов. Ему рисовался кто-то вроде Джеймса Бонда: импозантный, подтянутый, обязательно в темных очках и с папкой рукописей под мышкой.
Впрочем, это касалось земных. Как выглядит литагент-инопланетянин, Герман даже и вообразить не пытался.
Ничего фантастического, однако, в облике агента не было. Только странное.
Да, носил очки. Обыкновенные, прозрачные, в толстой оправе. Был невысокий, коренастый, длинноволосый, в костюме и белой рубашке. Он почему-то напоминал Герману «Черный квадрат» Малевича.
– Скажу без лишних слов – мы не с вашей планеты, – начал он, когда Герман прикрыл за собой дверь и сел.
Агент уставился на Германа, явно ожидая бурной реакции. Посетитель молчал.
– Вы не удивлены, молодой человек?
– Нам говорили. На студии. Была такая гипотеза. Про вас, – рубленым слогом выдал информацию Герман.