Попытка физической усталостью и болью приглушить боль душевную особого успеха не имела, но повернуть назад сил тоже не было.
Перелезая через очередной кедровый выворотень, Иван неловко оступился, и головой вперед нырнул в довольно крупный сугроб.
Падение оказалось неожиданно глубоким. Пробив снежную корку, он рухнул куда-то в пустоту, больно ударившись локтем о прикрытую мерзлой листвой землю. Тренированное тело среагировало само: сгруппировавшись, он перекатился через правое плечо и уткнулся головой во что-то большое и мягкое.
- Млять! - Иван не удержался от возгласа. Карст. Берлога. Жилая.
Самое то, чтобы заставить следователя сломать голову. Он даже невольно улыбнулся, живо представив озадаченное лицо следователя, почему-то в парадном полицейском мундире и с трубкой в зубах: труп собаки с ножевым, рядом труп недавно откинувшегося хачика, и бесследно пропавший сторож.
Из прострации его вывел плач какого-то младенца и резко активизировавшаяся медвежья туша, на которой он полулежал, скатившись по покрытому мерзлой опавшей листвой склону.
2.
Вдруг пол ушел из-под ног. Все ушло, пол, стены, мир вокруг, осталась лишь слепящая Тьма и бесконечная пустота.
"Под щекой вместо медвежьей шерсти сухой мелкий песок. Воздух теплый и затхлый, но пахнет не прелой листвой, как в берлоге, а скорей как в пыльном архиве, или складе. Да и звериный дух почти исчез. А вот металлический запах подсыхающей крови никуда не делся, как и детский плач. ""Кстати откуда он? Может это мой ангел хранитель оплакивает мою дурную головушку?"" - наконец удивился Иван.
В руку требовательно ткнулся маленький холодный носик.
- Верный!
Иван рывком сел, подхватив с песка неожиданно маленькое пушистое тельце и прижал его к груди. Щенок? Не видно ни зги.