Вчетвером мы сидели и наблюдали за волнами. Созерцали красоту сидя в тишине, обдуваемые порывами теплого ветра. Солнце слабо грело кожу, значит сейчас еще очень рано.
– Который час? - спросила я.
– Начало пятого, - тут же ответил Миша. - Мы не стали вчера идти за вами, подумали, что вы сами разберетесь между собой. А вот сегодня, когда вы так и не вернулись, решили проверить, как у вас дела.
– Питер уехал? - спросил Яр.
– Да, практически сразу после вас, - кивнул Миша, не отвлекаясь от созерцания воды.
Иногда я вообще не понимаю этих ребят.
– Стас порывался сюда, но мы решили, что вы ему будете не сильно рады, - я бы могла сказать, что Миша насмехался, но тон его был абсолютно нейтральным.
– Спасибо, парни, у нас все в порядке, - спокойно ответил Яр, не выпуская меня из рук.
– Так что, вы вместе? - спросил Леша и повернул голову к нам.
– Да.
– Нет.
Ответили одновременно мы с Яром, на что Леша усмехнулся, окинул взглядом обнимающихся нас и закатил глаза.
– Ну-ну.
– Мы вместе, Лёх. Она - моя, - уверенно произнес Ярослав, и я с укором посмотрела на него, но тот лишь отмахнулся от меня. - Не то, чтобы я должен объясняться перед вами, но Наташе это важно, поэтому я расскажу. Она не сестра мне. Точнее сестра, но не кровная. Так что не выдумывайте себе там дичи, никакой аморальщины, все в рамках и нормах общества и законов. Можешь и остальным передать.
Леша растянулся в улыбке и ответил:
– Мы примерно так и подумали.
– Я поговорю с ним, - Яр кивнул и заглянул мне в глаза.
– Спасибо, - прошептала я и улыбнулась ему.
– Яр, мы твою гитару к себе уволокли, заберешь потом. Играешь ты, конечно, как черт, - произнес Миша, повернувшись к нам.
Ярослав усмехнулся и растянулся в довольной улыбке.
– Не думал собрать банду? - спросил Миша. - У нас есть знакомые ребята-профики, которые были бы не прочь сделать коллаб с тобой.
– Нет, парни, - уверенно ответил Яр и отрицательно покачал головой.
– Почему? - спросила я, снедаемая любопытством.
Я ведь никогда не задумывалась, почему Ярослав, будучи крутым музыкантом, не хочет выступать. Он подолгу закрывался в своей студии с кучей инструментов и разной техники, надевал наушники и погружался в иной мир. В доме его отца ему была отведена отдельная комната под это, я никогда не заходила внутрь.