Может, тогда он успокоится? – предложила она в один из дней, когда Саша рассказала о чрезмерном интересе Романа к этой истории с ее прошлым, которое она якобы помнит.
— Какие еще черновики? Да, спасибо тебе, что ты в прошлый раз перед княжной заступилась за меня, но нет никаких черновиков романа, - ответила Саша.
— Есть. Я писала все, что ты рассказывала. Вернее, не просто записывала все, а писала, как роман, - Ольга сжала губы. Видимо, ей было стыдно за то, что она делала втайне от подруги.
— Ты хотела сама написать книгу? – удивилась Саша.
— Раз ты не собиралась этим заниматься… все те книги, которые ты пыталась написать раньше… - Ольга сморщила нос. - Честно говоря, они были не такие уж и интересные, а эта история удивительная, и она идеально подойдет для книги. Это самая настоящая фантастика!
— Показывай! – Саше стало интересно, и она забыла о том, что изначально предлагала Ольга, заинтересовавшись рукописью.
Саша читала листы, испещренные аккуратным и ровным почерком весь день.
— Ты должна дописать этот роман, дорогая, и отдать в печать. Ты прекрасно пишешь, а еще… я даже не подозревала, что ты так внимательно слушала меня. Мне казалось, ты считаешь это ерундой, - Саша искренне обняла Ольгу. – Допиши как можно скорее.
— Но… книга не может закончиться тем, что переживаешь ты сейчас.
— Я читала очень много грустных романов. Вернее, тех, что заканчиваются не совсем радостно. И знаешь, многие из них самые любимые. Ты можешь дописать все что угодно. Думаю, у тебя достанет воображения, - Саша смотрела на подругу теперь совсем другими глазами.
Через две недели Ольга уехала провожать девушек и встречать следующих. Роман засобирался с отцом в Тюмень на прием к царю, откуда они должны были отправиться в свое поместье.