Глава 29
Поймав пробегающего мимо паренька с лотком, я купила у него две сдобные булочки, для нас с Шилой. Конечно, можно было бы дотерпеть до постоялого двора и уже там нормально поужинать, но запах свежеиспеченной сдобы просто сбивал с ног.
И только собралась впиться зубами в румяный бок, как услышала за спиной гневное:
– Ты с первого раза не понял, что ли? – обернувшись, увидела высокого мужика, который держал того самого мальчишку лоточника, за ворот старенькой рубахи.
– Отпусти! – дергался в крепких руках мальчишка, зверьком смотревший на обидчика.
– А что вы себе позволяете? – отодвинув ото рта булку, подошла к мужчине.
– Госпожа, вы шли бы… своей дорогой. Мы тут сами как-нибудь, – не выпуская ворот мальчишки из рук, отмахнулся мужик.
– Вот уж нет. Это вы устроили публичные разборки, и я хочу знать, что здесь происходит?!
– Он не может торговать здесь, пока не заплатит, – зло бросил он, заставив меня задуматься. Ну ладно лавки, за которые, если подумать, действительно могли взымать плату за аренду или что-то подобное.
– И кому же он должен заплатить, чтобы получить разрешение на торговлю? – а, что, может и мне эта информация пригодится.
– Мне! – отрезал мужик.
– А вы кто? – ну может он служит в каком-то городском департаменте. Хотя, навряд ли…
– Сом! – снова грозный рык, а я не поняла, это имя или кличка…
– Рэкет, значит, местный…
– Чего? – повернулся в мою сторону мужик, смерив меня недовольным взглядом.
– И с кем вы согласовываете свои действия? – кивнула в сторону мальчишки, с любопытством наблюдающим за нашим разговором, напрочь позабывшим, что его удерживают силой.
– Чего?
– На каком, говорю, основании вы требуете плату?
– Чего-о-о-о?
– Крыша кто?! – рявкнула я, взбесившему меня своей тупостью мужику.
– А-а-а, так это… Ваян, – растерянно произнес он, видимо не ожидая от меня такого напора.
Законник, значит…
Судя по всему, здесь свои порядки и вмешавшись, я могу сделать лишь хуже. Что будет после моего отъезда с мальчиком и его семьей?
– И сколько он тебе должен?
– Так… это… дуал за седмицу, – почесав макушку, хитро прищурившись, бросил мужик.
– Врешь! За две седмицы! Ворюга! – крикнул возмущенно мальчишка.
– Держи, два дуала. И только попробуй снова распустить руки! – подкинув две медяшки, наблюдала, как мужик выпустил ворот рубахи из рук, чтобы поймать монеты.
Сейчас даже эти медяки были для меня не лишними, но мне было жаль ребенка.