— Это против нас? — неподдельно удивился Борята.
— Мы опасаемся нового набега. Вот и осторожничаем.
С этими словами он ловко закинул дротик с атлатля в колчан. Демонстративно. Неждан сделал то же самое.
Эти трое удивленно переглянулись и пожали плечами.
— Милости просим к костру, — на правах старшего произнес Вернидуб. — Заодно поведаете, чего это вы приплыли. Чай не просто так?"
"— Не просто, — согласился Борята…
Прошли.
Сели чинно.
Стали кушать, говоря только о пустом. Этакий вежливый small talk: о погоде, о женщинах, о бобрах и так далее.
— Что вас привело? — поинтересовался Неждан.
— Тех набежников перебили. Встретили на волоке и перебили. — произнес Борята, выдавая, что знает о намерении парня мстить… о котором тот говорил только тем соседям-балтам. Видимо, «сарафанное радио» тут работало лучше, чем он ожидал.
— Кто их перебил? Роксоланы?
— Да.
— А что с теми, кого они в полон гнали?
— А что с ними стало? Роксоланы дальше погнали. Уже к себе.
— Скоты… — процедил Неждан.
— Что? Скот? Скот они тоже угнали.
— Я говорю — что роксоланы — скоты. — холодно процедил Неждан. — Хотя, пожалуй, ни одна корова так мерзко не поступит. Они ведь их погнали продавать? Разве они были в своем праве?
— Это право сильного, — тихо произнес Вернидуб.
— То есть, если дочь или сына какого роксолана угонят в рабство, то он догонит набежников, отобьет ее, а потом сам дальше дочь в рабство поведет?
— Мы для них чужие.
— Они обложили нас данью ЗА ЗАЩИТУ. Это — несоблюдение договора. Нет защиты — нет дани.
— Если бы так можно было сделать, — буркнул помрачневший Борята.
Неждан встал.
Взял атлатль. Вложил в него дротик. И с подшага метнул в довольно удаленную цель — корзина там стояла у реки, набитая корнями рогоза, которые они еще не утащили на просушку.
Раз.
И дротик туда вошел почти по самый хвостик.
Потом он повернулся к Боряте с его ребятам и произнес:
— А теперь представьте, что к стоянке роксоланов, которые в темноте у костра собрались, вышло десятка два наших.
— Они, как и мы, в лесу ставят людей. Али забыл?
— Это я шумно по лесу хожу. А вы? Вы разве таких не приметите и не примети в ножи?
— Почему не примем? Примем. Но ты понимаешь, чем это закончится?
— Кровью.
— Реками крови. — поправил его Борята.