Часто эти нападения происходят в реках, куда эти акулы заплывают во время охоты: они хорошо себя чувствуют как в солёной, так и в пресной воде.
Прерывисто дыша, я подплыл к сети, чтобы рас смотреть акул поближе, и… отпрянул, когда тигровая акула резко повернулась ко мне – её широкая голова оказалась всего в паре метров от моей.
– Я не знаю, кто ты, но прошу – помоги мне, – услышал я её голос. – Эти чёртовы люди… Если проплывёшь мимо – через полчаса я погибну!
Он почувствовал, кто я.
– Ты… морской оборотень? – спросил я.
– Дошло наконец-то, – ответила акула. – Да, я был таким дураком, что попался. Ну так что, поможешь? Я уже пытался перегрызть сеть, но всякий раз в ней застревал. Сможешь раздобыть нож?
Я ощутил невыносимое бессилие:
– Ножа у меня нет, увы. А ты не можешь превратиться? Человека они, надеюсь, не тронут…
– Я в этом не силён – уже много лет не превращался, – признался морской оборотень.
– Я останусь с тобой, – пообещал я ему, а в голове у меня пронеслось, как мистер Гарсия недавно помогал превратиться Ноэми, а мы – Леону, лучшему другу Люси.
Первой они забрали бычью акулу – через дыру в сети загнали её металлическим прутом во вторую клетку. Я невольно поплыл быстрее, двигаясь резкими лихорадочными рывками. А вот и водолаз – так близко, что я почувствовал в воде привкус неопрена. Он не выказал страха, когда встревоженная бычья акула пронеслась мимо, сильно взмахивая хвостом."
"– Бедное животное, – сказала тигровая акула-оборотень.
– Отвратительно, – согласился я. Наверное, пари записывались в планшет. – А акулам случалось побеждать?
– Я слышал – да. Возможно, противники – безработные каскадёры или бывшие военные водолазы: если выживут – попадут в больницу и получат награду, – сказал незнакомый оборотень. – Что за бред – я не хочу кусать людей!
– А ты много знаешь о человеческом мире, – заметил я, напряжённо наблюдая, что происходит в сети-клетке.
– Я несколько лет прожил человеком в Майами – не самое приятное время, – сказала тигровая акула-оборотень.