Хроника убийцы короля [3 книги]

— И даже те, кто на нем говорит, не разбираются в узлах.

Она бросила на меня косой взгляд.

— И вообще, их полагается читать пальцами, а не глазами.

— Ну, мне-то пришлось учиться, в основном разглядывая рисунки в книгах, — сказал я.

Денна наконец развязала голубой шнурок и принялась расплетать косичку. Ее проворные пальцы старательно разглаживали прядки, смешивая их с остальными волосами.

— Зря ты это, — заметил я. — С косичкой мне больше нравилось.

— В этом же весь смысл, верно? — она подняла глаза на меня, гордо выпятила подбородок, встряхнула волосами.

— Я, пожалуй, теперь боюсь говорить тебе комплименты, — сказал я, не понимая, что же я сделал не так.

Она слегка смягчилась, раздражение исчезло.

— Просто неловко вышло. Я не думала, что кто-нибудь сможет это прочесть. Ну, вот как бы ты себя чувствовал, если бы тебя увидели с вывеской, на которой написано: ""Я самый выдающийся и красивый!""?

Мы помолчали. Прежде чем молчание сделалось неловким, я сказал:"

"— Я тебя ни от чего не отрываю?

— Разве что от сквайра Страхоты.

Она небрежно махнула рукой в сторону своего исчезнувшего спутника.

— Что, он был навязчив? — я слегка улыбнулся, вскинув бровь.

— Да все мужчины навязчивы так или иначе, — сказала она с напускной суровостью.

— И по-прежнему делают все по той книжке?

Денна погрустнела и вздохнула.

— Я думала, что с возрастом мужчины ее бросают, и не без причины, поскольку в той книжонке уйма фальши, — но нет, увы! Они листают дальше!

Она подняла руку, демонстрируя мне пару колец.

— И вместо роз за злато норовят приобрести то, что им не дарят!

— Ну, по крайней мере, тебе докучают мужчины со средствами, — утешил ее я.

— Но кому нужен мелочный мужчина? — возразила она. — И какая разница, много у него средств или мало?

Я примирительно положил ладонь ей на руку.

— Прости уж их! Не в силах приманить, несчастные надеются купить то, что лишь даром можно раздобыть.

Денна радостно захлопала в ладоши.

— Ты молишь о пощаде для врагов?

— Я лишь указал, что ты и сама не выше того, чтобы дарить подарки, — заметил я.

Ее взгляд сделался жестче, и она покачала головой.

— Есть большая разница между подарком от чистого сердца и тем, что дарят нарочно, чтобы привязать тебя к мужчине!

— И то верно, — признал я. — Золотые цепи бывают прочней железных! И все же трудно винить мужчину, который желает тебя украсить.

— Ну, как сказать, — ответила она с улыбкой одновременно насмешливой и усталой.