«Жаль, что директора заводов не приехали… Особенно, что нет директора электростанции. Нужны мне его обещания помочь в благом деле! Мне нужны деньги и помощники!»
– Прошу вас, угощайтесь, – воскликнул Федор Владиславович и белозубо улыбнулся.
Праздничный банкет обходился в копеечку, но по-другому собрать сливки городского общества, да так, чтобы никто не заподозрил неладное, невозможно. Когда гости утолили первый голод и даже пропустили по паре рюмочек «Hennessy» и других напитков, зорко наблюдавший хозяин небрежно отодвинул тарелку в сторону и направил дистанционник на коробки музыкальных колонок под потолком.
Hennessy – один из старейших и известнейших французских коньячных домов.
С гостями провели предварительные разговоры, но это так, прощупывание, ничего еще не решено. Наступил звездный час и эту партию он должен провести филигранно и добиться от битых жизнью и недоверчивых коллег поддержки и участия в рискованном предприятии. Почесал нос, раздувая крылья широкого носа.
– Уважаемые друзья, – вкрадчиво начал заранее подготовленную речь.
Гости поняли, что начинается то, ради чего собрались, настороженные взгляды скрестились на гостеприимном хозяине.
– Прошло уже три недели как божьим промышлением, – Федор Владиславович повернулся к углу, поискал глазами икону, не найдя, нервно дернул уголком рта. Правая рука размашисто перекрестилась, – мы перенеслись в семнадцатый век. Все, нет больше Российской Федерации! Ни страны, ни законов, по которым Соловьев выбирался, больше нет, и кто он теперь? Да никто! Такой же обыкновенный человек, как и мы! Нет за ним федеральной власти, значит и легитимности у него больше нет! Он самозванец, потому что только новые выборы могли бы придать его власти законность!
Романов обвел взглядом внимательные лица гостей и широко развел руками:
– И встает вопрос: почему мы, бизнесмены, лучшие люди города, должны подчиняться самозванцу? – голос Романова задрожал от плохо скрываемого праведного негодования, – А что он творит? Вместо того чтобы в трудное время поддерживать социально-ответственный бизнес, ввел карточную систему, словно во времена совка! Ввел планово-промышленное управление, которое диктует честным бизнесменам, по каким ценам продавать товары, словно мы – при этих словах яростно ткнул себя в грудь рукой, – сами не знаем, что и по чем продавать!
Романов обвел полным неподдельного гнева взглядом гостей, ответивших ему дружным согласным гулом.