Костры пылали практически бездымно, над берегом стоял густой хвойный аромат. Все в чёрном, комары напоминали призраков, пришедших из леса. Светлыми пятнами в тёмной громаде выделялись лишь Тэймэй в белом траурном кимоно и семья Крысина. У тех не было выбора в одежде, поэтому они обозначили скорбь чёрными повязками на предплечьях.
Белецкая с детьми принесли охапки разноцветных листьев к костру с погибшими воями. Они ничего не говорили, лишь молча возложили импровизированные букеты в знак уважения и почтения.
Наши боевые потери составили порядка четырёх десятков человек.
— То, что началось десять лет назад, закончилось здесь нашей победой. Победа эта со вкусом крови и горечи потерь. Можно говорить многое, но мы победили не только потому, что, как и другие роды, связаны клятвой служения и единым покровителем.
Кровники и вои трижды проскандировали:
— Комар! Комар! Комар!
После наступила тишина, нарушаемая лишь треском дров, плеском воды у берега да шумом ветра в древних кронах.
Костры догорели. Пришёл черёд воздушников поднять пепел павших и отправить в последний путь. Останки наёмников маги земли подготовили к переносу на болото."
"Наступал черёд гражданской церемонии прощания, и она имела некоторые отличия от военной.
Поскольку погибшие были использованы в ритуале, то хотя бы после смерти я хотел очистить их тела от скверны и подчинения.
Погибая в муках, защищая своих женщин и детей до последнего, они были достойны чистого перерождения. Этот костёр был самим большим. Вокруг него стояли женщины и дети, вернувшиеся из госпиталя. На лицах их застыли маски безразличия и печали. Такое состояние было результатом работы менталистов и ментаторов. Их услуги я заблаговременно оплатил ещё вчера, ибо, честно говоря, плохо представлял, что должны были чувствовать обычные люди, пережив подобное.