Моя судьба — вите русса, руса виноград лоза! И вот я здесь, она здесь! А замуж не хочет!
Итальянец расхаживал по кабинету, эмоционально жестикулируя. Передо мной в бархатной коробочке блестел перстень, весьма и весьма напоминающий адамантовый. Только вот я не понимал, откуда он мог взяться. Если адамант — металл, минимально собираемый богами, и наделяемый перстнем человек через него получал некие способности от покровителя, то почему артефакт такой ценности не на пальце у главы рода?
— Не драматизируйте, дорогой Микаэль.
— Я это… уже заметить, — сокрушенно покачал головой княжич. — Но она привыкнуть! У нас море, солнце, виноградники! У нас рай!
— Она не переедет в Италию как раз-таки по всем вами перечисленным причинам.
— И что? А я — будущий князь! За мной сила и дар рода, нам суждено быть вместе! И я — мужчина, она — женщина, её путь — следовать за мной!
М-да, что-то я поторопился насчёт адекватности итальянца. Может, надо было позволить Киране его скрутить с бараний рог разок, чтоб у него резко отпали все мысли про патриархальный уклад семьи?
— Микаэль, что конкретно напророчил вашей семье оракул? — решил зайти я с другой стороны.
"— Лоза из Пьемонта и лоза с берега Чёрного моря сплетутся воедино в великой страсти и породить небывалую по силе гроздь, — с пафосом и на одном дыхании выдал Микаэль.
— И где здесь указано, что нужная тебе «лоза» — это именно Кирана? — обескуражил я княжича, по сути, простым вопросом.
— Ну как же… — он даже растерялся от моего вопроса и перешёл на итальянский, — русса вита дель Мар Неро. Я так ждать! Кирана — донна белиссима, палаццо на Чёрное море! Судьба!
— Микаэль, Османская империя — тоже Чёрное море, как и Румыния с Болгарией, больше, чем уверен, у них так же есть последователи Винограда. Почему же вы так усердно рассматриваете только нашу ветвь?
Тут ему парировать было нечем.