Но, твою же мать, почему именно за мой счёт?
— Ты изменился, — словно сквозь вату донёсся до меня голос Райо, — в тебе и раньше чувствовалась сила, но сейчас… ты словно обретаешь внутренний стержень. Как этот столб в тюрьме, от которого расходятся мосты, так и у тебя формируется центральное ядро, стержень, опора, называй как хочешь!
— Разве у вас не так? — выплыл я из размышлений и заметил, что не осталось ни единой капли крови от чужой библиотеки, Аста забрала всё с собой. Интересно, каково ей будет, когда она узнает побочные действия от воскрешения? Перенесёт ведь всего одну двенадцатую души.
— Не так, — хмуро отозвался дракон. — Давай решай, в каком виде домой полетишь, и пора сваливать отсюда.
— Мне гораздо интереснее, в каком виде я вернусь в свой мир и в своё тело. Что-то мне подсказывает, что мои друзья не сильно обрадуются, если я таким заявлюсь и попробую влезть в человеческую оболочку.
— Ох, малыш! Тебя ещё учить и учить, — покачал головой дракон. — Ну ничего, дедушка Райо возьмётся за твоё воспитание! Заодно и весь ваш выводок местный подтяну.
— Но тебе ведь нужно возвращаться в наш мир искать потомков, — осторожно напомнил я дракону про болезненную тему.
— Что-то мне подсказывает, что мы скоро вернёмся туда вместе.
* * *В своё тело я вернулся хорошим таким пинком. Открыв глаза, я увидел склонившихся надо мной ошарашенных лекарей, пара из которых практически верещали на японском, а один почему-то поминал Аиста и утирал пот со лба. Рядом белее снега сидела Тэймэй, удерживая мою голову у себя на коленях, а эрги метали весьма красноречивые взгляды в сторону японской императорской семьи и всех аристократов вместе взятых, обещая тем быструю, но болезненную смерть.
Первыми пришли в себя лекари, затем разрыдалась Тэймэй, а следом мне прилетело от Тильды:
— Если ты, зараза этакая, будешь меня ещё так пугать, то точно своей смертью не помрёшь! Я тебя сама прибью!
Рядом тепло улыбался Эон:"
"— С возвращением! Ты — молодец, быстро разобрался с перемещениями по Реке Времени.
— Вы жить! Это ручший новость! — распинался испуганный донельзя принц Есихито.