Цветы раскрывались, наливались силой, а Окойя с его людьми рыдали кровавыми слезами, не в силах противостоять моей магии. Кричать они не могли. Очень сложно кричать, когда рот полон собственной крови.
Вместе с тем, я не испытывал ни удовольствия, ни удовлетворения от убийства. Не было и безразличия. Скорее, глубоко внутри сидело ощущение, что так должно быть. Не потому, что я сильный и могу это сделать безнаказанно, а потому, что оставлять врагов за спиной нельзя. Тем более если эти враги имеют доступ к нашим военным разработкам и в открытую нападают под носом у императора.
Последняя мысль несколько изменила мои первоначальные планы. Завершив выкачку крови из самураев, я чуть замедлили процесс у виконта. Притянув его бутон к себе, погрузил в него одну ладонь и принялся считывать память Окойя. Слишком серьёзными были ставки."
"Виконт не сам решился на подобный демарш. Его, как разменную монету, отправил на убой зачинщик неудавшегося переворота, некто Аканезуми, которому слишком дорого обошлось наше вмешательство.
План был очень даже неплох. Дождаться, пока кортеж въедет на площадь, взорвать артефакт чудовищной силы, чтобы активировать защиту императорского замка. Оказалось, что император сделал некоторые выводы и всеми правдами, и неправдами купил прототип нашего армейского артефакта. Местные умельцы его доработали, и он стал не одноразовым, а самозаряжающимся.
Вспомнилось, как самураи из замка и лекари не спешили выходить на площадь, пока виконт не сломал печать на свитке-артефакте. Теперь хотя бы стало понятно почему.
Как итог, я должен был остаться совсем без сил, клюнуть на приманку пьянчужки-исполнителя и сам прийти в лапы Окойи без сил, без артефактов и без возможности подзарядки из макров. И всё бы вышло, если бы у меня был седьмой, всем известный, уровень.
Узнав имя заказчика, я оборвал мучения виконта. Теперь в тупике лежало одиннадцать иссушённых мумий. Цветок крови виконта, всё ещё полыхал на моей ладони, и я по очереди обошёл всех своих жертв, поджигая тела и маскируя следы своих деяний.