Вот только я не могу понять в чем дело. Шнырька показывает мне очень много странных фактов, которые пока не укладываются у меня в голове.
Я отвел Анну к Волку и оставил с ним.
— Волк, ты остаешься здесь, и смотришь за Анной, чтобы с ее головы даже волос не упал, — говорю ему, а тот внимательно слушает.
— Большие неприятности? — лишь уточняет он.
— Скажем так, между средними и большими, но пока точно не знаю.
— Хорошо, — спокойно и без нервов кивает он и идет открывать багажник, где лежит его арсенал.
Ждать, пока Волк облачиться в полную боевую выкладку, я не стал.
Поднимаясь по старым ступеням, ведущим мимо запущенного зимнего сада, я ощущал легкий мандраж. Это место было стоящим. Перила, за которые я держался ради тактильных ощущений, были произведением искусства из камня, над которым поработали скульпторы лет двести назад, а они сейчас выглядят, как новые, без трещин и сколов.
Само поместье было большим, но, в то же время, казалось компактным.
Я, конечно, узнал всю доступную информацию о своем Роде, но много чего не нашел. Хотя, особо пока и не старался.
Поместье… Как долго я к нему стремился. Да–да, для меня пару недель — это приличный срок. Я привык идти и сразу брать свое, а тут… Впрочем, в этом мире совсем другие правила. Я и так многим кажусь дикарем, но меняться даже не собираюсь.
Она не была закрыта на замок. Когда я зашел в большой холл, в нос сразу ударил запах старости и затхлости, а еще трупный запашок. Так пахнет смерть.
Почему в этом закрытом месте столько лет пахнет смертью? И откуда все эти скелеты? Я точно могу сказать, что это скелеты разных тварей.
— Дом ш–ш–ш-ш-шистый! — появился на моем плече Шнырька.
Он проверил все три этажа.
— Молодец! — я погладил его за ушком, заслужил. — Теперь иди и проверь все под домом. Мне кажется, у нас в подвале завелся Разлом или крысы. По–другому я не могу объяснить, откуда здесь все это.
Меня сейчас смущает абсолютно все, отчего я даже свой меч достал.