Не может быть такого, чтобы эти твари ничего не повредили.
Мои самые глубокие опасения подтвердились, как только появился на моем плече перепуганный Шнырька и показал своей лапкой, куда нам нужно идти. Раз он не показал через нашу связь мне все, что там происходит, значит, это я должен увидеть лично.
Я не стал откладывать и побежал. Может я зря оставил Кару с Анной? Хотя, нет. Что здесь может быть такого опасного?
Но все мои инстинкты Охотника были полностью готовы к любой неожиданности. К любой, кроме того, что я увидел дальше.
Все завалено костями, практически, до потолка, и у меня все тот же вопрос.
— Какого хрена здесь происходит?
— Не ш–ш–ш-шнаю… — виновато развел лапками Шнырька.
— Ну, так иди и узнай!
Я ждал битву, а пришел на уборку. В подвале была не одна комната. Там были и другие двери, и чтобы до них добраться, нужно сперва убрать все кости. Надо было собаку заводить, а то Кара не любит косточки.
Призвал слизня, но мне кажется, он тоже удивился и булькнул что–то. Но получив приказ сожрать ТОЛЬКО кости и ничего больше, обрадовался.
Судя по костям, их хозяев что–то грызло и жевало, не особо это что–то было большим, но видно, капец, какое голодное и сильное.
Шнырька убежал вперёд. Я почувствовал, как он наткнулся на какую–то непреодолимую силу и начал качать из меня энергию словно насосом. От неожиданности я машинально «перекрыл краник». И тут же перед лицом у меня возник рассерженный мелкий.
— Н–н–н-нада! — проговорил он раздраженно.
Ну надо — значит надо. Кому–кому, а маленькому засранцу я доверял.
Он снова исчез, а энергия из меня снова поперла неравномерными толчками. Последний «рывок» опустошил меня чуть ли не полностью. Я аж от сел на задницу от неожиданности, а у меня перед глазами побежали радужные круги. Это что же такое он там встретил?
Находился я на условно–враждебной территории, поэтому быстро достал красную желейку и начал рассасывать её.
Шнырька забрался в странное помещение. Такое ощущение, что стены этого подземелья были старше сооружения сверху, причём намного старше. Веяло от этого духом вечности, а еще, какой–то безысходности."
"Собственно, помещение было не очень большим — порядка ста квадратов с очень высокими потолками. В стенах были ниши, в углах расставлены каменные постаменты с непонятными знаками.