Конечно, сперва он не хотел лаять, он ведь не собака! И психовал ментально. Но когда услышал от меня весь спектр эмоций, что я с ним сделаю, то подчинился и выдал несколько вялых тявканий. Зато свое дело сделал, и команда вовремя среагировала.
Твари прокопали туннель, но пришли монголы, убили тварей и сами полезли. Смог лицезреть, как Катя случайно забрала душу человека, и через десять секунд чуть не упала в обморок. Слишком мало сил было у девушки, чтобы удержать хотя бы на минуту человеческую душу. Я же сказал ей не делать этого! Хотя… У нее не было выхода, мог погибнуть мой гвардеец, и Катерина поступила правильно.
Ладно… Идем дальше.
А куда дальше? Нужно подумать… Может пойти и убить ящериц-переростков, или завалить мутантов-скорпионов. В итоге, вообще пошел в другую сторону, к монголам, которые до сих пор рыскали тут. Я не могу понять, какого черта они тут делают. Но Шнырька показал картинку, как они в одном месте устроили добычу руды. Видимо, им нужно все, что только может пригодиться.
"Шнырька смешно матерился, что у него и-под носа увели какую-то добычу. Он потом ее, конечно же, забрал, как и все вещи вора. Теперь по этому не самому безопасному проходу бегает голый монгольчик. Шнырька даже трусов ему не оставил! Так что сам ты «иш-ш-ш-шак», узкоглазый!
Около шести часов я держал оборону, и не подпускал никого к отряду. Правда, количество врагов в этом Разломе даже не уменьшилось. Это было, мягко говоря, печально.
Ужасная судьба три раза настигла Затупка. Он погибал два раза смертью храбрых, а один раз ему не повезло. В последний раз он влетел в пасть смертельно израненной, но еще живой змеи.
Две глупых смерти.
– Что с ним не так?! – не выдержала Катя, когда спокойные гвардейцы достали Затупка, и не дали Андросовой его похоронить, дождавшись, пока медоед отдуплится и захрапит.