— Как так получилось? — герцог говорил сосредоточенно, а его лицо было полностью спокойным.
В его голове, одна за другой, пробегали разные мысли, что могло случиться. Предположения метались от нашествия монголов и до силового захвата недоброжелателями.
Прохор судорожно сглотнул. Именно с таким видом его жестокий господин выковырял у него глаз после прокола с алмазом-рекордсменом.
— Разломные твари, Ваша Светлость.
— Разломные твари размотали 2-ю когорту «Неуязвимых»? — лицо Доброхотова показало хоть какие-то эмоции.
— Никак нет, господин! — Прохору Веревкину внезапно захотелось плюнуть на всё, и улететь подальше от этого Рода, этой земли, и этих неприятностей, которые множились, как снежный ком, в последнее время. — Выжившие видели только разломных тварей... до того, как прибыла подмога.
— Подмога? Имперская Армия?
— Не совсем... — Прохор снова сглотнул. — Гвардия барона Галактионова прибыла первой.
— ЧТО?!! — все спокойствие герцога сдуло, как ветром.
— Выполняли свой гражданский долг перед Империей, — пожал плечами начальник гвардии. — Защищали деревни неподалёку.
— И теперь мы обязаны по всем правилам выразить им благодарность?
— Да, именно так. Они отбили тварей, и позволили эвакуировать остатки когорты.
— Благодарность?! Галактионову?!
— Таковы правила, Ваша Светлость...
— Вон!!! Пошёл вон!!! Иначе я за себя не ручаюсь!!!
Этот день был одним из самых отвратительнейших в жизни могущественного герцога.
Доброхотов долго ворочался и, наконец-то, уснул. Когда он проснулся утром, то первым делом отключил многочисленные охранные артефакты. А затем направился в ванную комнату, где увидел корявую, словно писал маленький ребенок, надпись на зеркале, выполненную зубной пастой.
«Пошдравлем! Ты теперь не Алмажный Король! Ты теперь поц пошорный! Не алмажный! Шиви теперь ш этим!»
И снизу дописано.
«Пы Сы... Шпашибо жа алмажы!»
— ПРОШКА!!! — заорал взбешенный Доброхотов, разбивая дорогущее зеркало ударом кулака. — ЛЕГИОН В РУЖЬЕ!!! МЫ ИДЕМ НА ВОЙНУ!!!
Глава 10
Самым сложным было дождаться удобного момента, чтобы погрузить всё нажитое непосильным трудом во время бойни на руднике.