Неужели все напрасно, неужели Игорь, как и ее отец, продолжает считать ее ребенком? Она так старалась, из кожи вон лезла, даже отца выгораживала, вместо того чтобы рассказать всю правду о том кошмаре, в котором ей приходится жить, и выходит - все зря? Нет, нельзя допустить, чтобы все закончилось так бесславно и по-дурацки, надо срочно исправлять положение. И снова постараться выглядеть разумной и рассудительной.
- Вы не поняли, Игорь Валентинович, - строго произнесла Женя. - Я же рассказала вам о папе, а вы ничего не поняли.
- И что в этом плохого? Приезжайте вдвоем, - предложил Игорь. - Я предупрежу, что вас будет двое, вам обоим выпишут пропуска.
- У папы завтра ответственные деловые встречи, ему придется их отменить.
- А во-вторых?
- А во-вторых, мне будет очень трудно общаться с вашими сотрудниками в папином присутствии. Они будут смотреть на меня и не понимать, почему я веду себя как маленькая, почему приехала с папой, как будто мне десять лет, и почему этот папа контролирует каждое мое слово. И если ваши сотрудники начнут задавать мне вопросы, я не смогу быть с ними откровенной.
Игорь немного подумал, потом кивнул.
- Что ж, это аргументы весомые.
"То есть как это ""давайте скажем""? Нет, так не пойдет. Никаких ""давайте скажем"", она должна добиться того, чтобы завтра действительно снова увидеться с Игорем. Но как же это сделать? Женя лихорадочно пыталась что-то придумать, но ничего в голову не приходило. Ладно, пусть хотя бы так, главное - устроить, чтобы отец не потащился с ней на Петровку, а там она что-нибудь придумает. Впереди еще полдня и целая ночь, может быть, найдется какое-нибудь решение.
* * *
Светлана уже стояла на пороге, собираясь уходить, когда ее вернул в комнату телефонный звонок. Звонок был междугородный, и она сразу поняла, что это родители. Кроме них, никто из других городов ей не звонил. Светлана на мгновение задумалась, борясь с желанием не брать трубку. В конце концов, сейчас середина дня, кто сказал, что она непременно должна находиться дома? Но здравый смысл взял верх.