– Можно, – кивнул он. – Но только в моем присутствии...
В кухню Тимур вошел вместе с Масловым. За ними выросли два его телохранителя, грозный вид которых мог вогнать в трепет самого дьявола. Пареньку стало совсем плохо. Нижняя челюсть дрожит, руки трясутся.
Тимур сел за стол напротив него, вперил в него тяжелый магнетический взгляд. Дождался, когда парень дойдет до полной кондиции.
– Зовут тебя как?
– Максим.
– Давай, Максимка, колись, кто Людмилу твою убил? – жестко спросил Тимур.
– Я... Я не знаю..."
"– Да нет, братишка, ты все знаешь.
– Откуда... Откуда я знаю... Может, вы с ними заодно...
– С кем, с ними? С этим, что ли?
Тимур выложил на стол фотографию Шнура, которую он в последнее время держал при себе.
– Этого козла ты боишься?
– Я... Я его не видел...
– А кого ты видел?
– Никого.
– А ты упертый. Ладно. Ты знаешь, что такое воровской «общак»? – сверкнул взглядом Тимур.
– Знаю...
– Так вот, этот козел увел «общак».
– А вы... Вы точно не с ним?
– Пацан, ты хочешь меня разозлить?.. Ты не должен равнять меня с этим выродком, ты меня понял?
– Понял.
– Тогда говори, что ты знаешь... Учти, я цацкаться с тобой долго не буду. Я тебе не гражданин начальник, мне законные фишки до заднего места... Ну так что, будем говорить, Максимка?
– Будем... Они... Они вчера подъехали. Я с работы шел, а они на машине подъехали.
– Марка машины?
– «Девятка». Кажется, красного цвета... Старая «девятка»...
– Что дальше?
– Машина с темными окнами была. Я не видел, кто внутри. Я только Стаса видел. Он ко мне подошел. Деловой такой. У него под курткой пистолет был...
– Кто такой Стас?
– Ну, мы с ним в одном дворе жили. Он раньше с Людкой ходил. А она потом ко мне ушла. Стас еще тогда сказал, что мы оба сильно об этом пожалеем...
– А вчера он что сказал?
– Сказал, что Людка теперь с ним будет. А мне сказал, что если еще раз меня с ней увидит, яйца.
– Дальше что было?
– Ничего. Он сел в машину и уехал. А я домой пошел... А сегодня к Людке зашел. А тут... Я не знаю, может, я ошибаюсь. Может, это не Стас был. Но мне кажется, что это его работа... Он вчера совсем дурной был, как обкуренный. И пистолет этот...
– Так, понятно. Одно непонятно, чего ты боялся? Почему гражданину начальнику ничего не рассказал?
– Я же говорю, Стас совсем дурной.