Сотников сообщил, что налеты вражеской авиации на наши аэродромы 19–20 августа привели к значительным потерям, бывший полк Гоши выведен для получения новой техники, по слухам «ЛаГГ-3», так что на новый 4-й ИАП ложится большая нагрузка.
Между тем обстановка продолжала ухудшаться. 19 августа немцы захватили Новгород, а 20 августа – Чудово, перерезав железную дорогу, связывавшую Ленинград с Москвой. 21 августа противником был занят Светогорск, на Кингисеппском и Новгородском направлениях шли ожесточенные бои.
Тут будет реклама 1
Опубликовано обращение Главнокомандующего войсками Северо-Западного направления Маршала Советского Союза К.Е. Ворошилова, секретаря Ленинградского областного и городского комитетов ВКП(б) А.А. Жданова и председателя исполкома Ленинградского Совета депутатов трудящихся П.С. Попкова «Ко всем трудящимся города Ленина». Комиссар полка Степан Игнатьевич Коляда зачитал его на общем построении, его обсуждали весь вечер и следующий день. 23 августа Ставка разделила Северный фронт на Карельский и Ленинградский.
Тут будет реклама 2
Ранним утром 24 августа все десять машин первой эскадрильи поднялись в воздух на прикрытие обороны советских войск на побережье Финского залива."
"Леонид Григорьевич Петровский лежал на госпитальной койке и размышлял. Поправка его шла своим чередом. В Москве пришлось сделать еще одну операцию, загноилась рана на руке. Он боялся, что ее могут ампутировать, но все обошлось. Рана в боку заживала неплохо, хотя болела довольно сильно, но ее, видимо, сразу очистили как следует.
Тут будет реклама 3
Сначала состояние было такое, что он мог только лежать и думать, пытался размышлять над тем, что происходит, что сделал правильно, а что нет. Но даже эти мысли быстро путались, уплывали, генерал просто лежал и наблюдал дрожание листвы за окном, слушал звуки дождя. Однажды утром Леонид Григорьевич проснулся с ощущением, что в организме произошли изменения, будто за ночь у него прибавилось сил, даже голова стала работать яснее. Словно долго был под водой, в темной, холодной глубине, и вынырнул на поверхность, под теплое, ласковое солнце.
Тут будет реклама 4
Только сейчас он осознал, что был на самом краю, что его организм словно размышлял, продолжать ли дальше свой земной путь или все, слишком устал и нет больше сил. Силы нашлись, пока их хватало только на размышления, но он понял, что скоро сможет сидеть, потом ходить. И еще у генерала появилось ощущение, что его уход на грань небытия подарил, кроме страданий, новую способность.
