– Брусочки… Никогда таких не видела!
Катька повертела небольшой, меньше ладони, невзрачного вида брусочек с тянущимся от него пучком проводов. Брусок чуть проминался под пальцами, будто твердый пластилин.
– Тебя мама не учила не лазить по чужим вещам? – шикнула Кисонька.
– Учила! – с вызовом согласилась та. – А потом я стала работать в детективном агентстве, и там меня научили подслушивать, подглядывать и лазить по чужим вещам тоже!
– Брату не говори. Он твердо намерен отдыхать от расследований до самого возвращения в город.
Катька небрежно захлопнула чемоданчик – замки звучно щелкнули. Извернулась, разглядывая себя сзади.
– Ладно, вдруг мама не заметит? – пробормотала она, хотя надежда была маленькая, испачканные или порванные вещи Надежда Петровна засекала моментально.
Кисонька погасила свет, Катька шагнула из темной комнаты в такой же темный коридор."
"Жуткая, мрачная тень надвинулась из мрака, а ледяные пальцы сомкнулись на плече.
– Призрак отдыхающего! Которого бадминтоном забили! – завизжала она.
Глава 15
Михалыч – некомпьютерный гений
Топот, крики, щелчок – блеклый мертвенный свет залил коридор. И красный нос Василь Михалыча вспыхнул в этом свете, будто фонарь.
– Чего орешь? – ошеломленно сказал мужик и… снял с плеча бадминтонную ракетку, которую придерживал за ручку.
Бежавший впереди Сева едва не врезался в мужика, кинул на него бешеный взгляд и одним движением задвинул Катьку себе за спину.
– Вы чего к девчонкам пристаете? – накинулся он на Василь Михалыча.
Нос у того покраснел еще больше, глаза стали круглые, рот приоткрылся и тоже округлился, и весь он походил на большой вопросительный знак.
– Он не… – мотнула головой Катька, тяжело приваливаясь к стене. – Просто мы выходили, а было темно, и мне показалось, что… что у вас ракетка из головы торчит!
Мурка хрюкнула от смеха, Вадька протяжно застонал, и даже Сева поглядел на Катьку осуждающе.
Мужик снова взглянул на ракетку:
– Ну и как ее можно в голову засунуть? – Он перевел взгляд на девчонок и вдруг нахмурился.