В принципе, нет сложностей, кроме одной: в конце на лентах мы с Надей поднимаемся вдвоем и должны выполнять элементы, зеркаля друг друга. Мы справляемся, чувствуя ответственность, и аплодируем, когда спускаемся вниз.
Для тех, кто не видел начального варианта, не будет заметна разница. Мы успокаиваем нашего Виталю, а он промокает лоб платочком. Переживает, конечно.
Его, как и всех, выбил из колеи Тонин уход, его раздражает то, что в общем зале ленты висят намного выше. Его раздражает всё и он по итогу срывается на нас.
"Девчонки расходятся кто куда. Кто-то выскальзывает перекурить, кто-то позволяет себе несколько глотков воды, а я устраиваюсь на низком диванчике и прикрываю глаза. Накопившаяся усталость дает о себе знать. Если бы Виталик знал, ни за что бы ни выпустил на сцену, хотя сейчас и сам неплохо «разогрел» коллектив. Но мы-то понимаем, что ему надо было выпустить пар.
— Юль, пора.
Встаю и проверяю одежду, собираю волосы в тугой высокий хвост, наношу макияж.
Маску держу в руках и надеваю перед самым выходом, когда слышу свой псевдоним из уст ведущего вечера.
На сцену, украшенную новогодними атрибутами, направлены прожектора, чтобы нас было видно. Мы смотрим в зал, но кроме темноты не видим ровным счетом ничего. Можно будет выхватить лица людей, когда поднимемся, но там не до рассматривания.
… Первые ноты. Отбиваю мысленно ритм и вступаю. Первые наши движения резкие и рваные, мы должны собраться в одной точке, чтобы оттуда «рассыпаться» на свои места. Замираем, вдыхаем и начинаем плавно плести танец, завораживая зрителя движениями. Свет настроен таким образом, чтобы каждая фигура давала несколько теней.
Я полностью отдаюсь танцу, запрокидывая голову, подхватываю ленты. Несколько элементов внизу и нас поднимут. Лицо покрывается испариной — все-таки в плотной маске душно — и начинает нестерпимо гореть. Лишь сила воли и крепко сжатые зубы не дают мне сорвать маску, чтобы счесать зудящую кожу.