Я знала: такими вот прикосновениями Ианта способна воодушевить толпы юных фэек, и те примкнут к ее ордену. Не для поклонения Матери и Котлу, а ведомые любопытством. Они жаждали узнать, как она живет, как ей удается так сиять и любить себя, перемещаясь от мужчины к мужчине с той же легкостью, с какой пробует угощения на пиру.
— Мы пропустили вчерашнюю охоту, — весело произнес Харт. — Жаль, не видели твоих охотничьих талантов. Надеюсь, в будущем месяце верховный правитель определит нас в караул вблизи поместья. Мы бы сочли за честь сопровождать тебя на выездах.
Тамлин не выпустит меня с ними ни в следующем месяце, ни через тысячу лет. Я не собиралась говорить им, что потеряла интерес к стрельбе из лука и к охоте вообще. Пару дней назад я силой заставила себя поехать на охоту. Это была настоящая пытка. На меня глазели со всех сторон, отчего я не могла сделать ни единого выстрела.
Харт и Брон ждали моего ответа, поэтому я сказала:
— И я почту за честь ехать с такими сопровождающими.
— Мой отец определил вас обоих завтра в караул или вы будете на церемонии? — спросила Ианта, непринужденно касаясь руки Брона.
Потому я и радовалась, что Ианта руководила приготовлениями к свадьбе, а завтра возьмет на себя проведение свадебной церемонии. Не знаю, научусь ли я когда-нибудь такой же непринужденности.
Брон ей что-то ответил, но Харт не отрывал взгляда от меня. От моих скрещенных рук и татуированных пальцев.
— Вы что-нибудь слышали о верховном правителе? — спросил он, не произнося имени того, о ком я старалась забыть.
Ианта оторопела. Теперь и глаза Брона скользили по моей разрисованной руке.
— Нет, — ответила я, с усилием выдерживая взгляд Харта.
— Вероятно, он сильно напуган. Еще бы, когда к Тамлину вернулась былая магическая сила…
— В таком случае ты плохо знаешь Ризанда, — вырвалось у меня.
Харт заморгал. Даже Ианта не нашла что сказать. Возможно, это были самые впечатляющие слова, какие я произнесла за все время нескончаемых торжеств.
— Если понадобится, мы его остановим, — самоуверенно заявил Харт, переминаясь с ноги на ногу.
Ему было неуютно под моим взглядом, однако я не собиралась отводить глаза или придавать лицу более учтивое выражение.
— Верховные жрицы позаботятся об этом, — сказала Ианта, обращаясь ко мне и Харту. — Мы не позволим, чтобы с нашей спасительницей дурно обращались.
Я изобразила безразличие на лице. Может, Тамлин поэтому остановил свой выбор на Ианте? Он рассчитывал заключить союз? От этой мысли мне сдавило грудь.