Какой там!
— Так почему, Тина? — Я вздрогнула и посмотрела удивленно. С чего это Вандерфилд перешел на имя? Подозрительно как-то. — Скажи мне.
— Ничего я тебе не скажу. И вообще… отстань! И руки убери!
— Ни за что, — промурлыкал Эш. — Боишься?
— А ты нет?
— А я — нет.
И потянул на себя.
— Эш, — начала я, но не успела ничего сказать.
Жесткие губы впились в мой рот сразу и сильно, язык ворвался внутрь. Не отрываясь от моих губ, Эш поднялся, увлекая за собой, усадил на стол. Резко вклинился между бедер, лаская мой рот и не позволяя отодвинуться.
— Ты… сошел… с ума! — выдохнула, когда его губы на миг оторвались.
— Я знаю, — подтвердил он.
На миг увидела его глаза — с расширенными зрачками и ярко-зеленой каемкой по краю. А потом он снова начал целовать, сразу жадно вдавливая меня в свое напряженное тело. Левой рукой Эш сдвинул край моей юбки, провел по ноге. И от простого движения меня бросило в жар. В этот раз не было медленных ласк, Вандерфилд словно обезумел. Его прикосновения обжигали, а губы терзали.
Дернул на себя, сильнее вжимаясь в мои открытые бедра. На лицо парня упали светлые пряди, и я некстати подумала, что у него отросли волосы. Вандерфилд снова провел ладонью по моей ноге — от колена до бедра.
За дверью раздался смех, мужской голос что-то сказал. Я подпрыгнула — Ривз. На ступеньках башни. Вот-вот войдет. И увидит… то, что увидит!
Оттолкнула Эша, спрыгнула со стола и поправила юбку. Вот только с дыханием бы еще совладать…
Створка хлопнула, и Клиффорд, улыбаясь, отряхнул с куртки снежинки. А потом уставился на нас. Вандерфилд невозмутимо прошел к своему столу и поднял забытую тетрадь. Холодно глянул на Ривза и двинулся к выходу. Я отвернулась, не желая видеть прищуренных и слишком внимательных глаз Клиффорда.
И тут тихо стукнула еще одна дверь — на втором этаже. И на ступеньках появился профессор Аодхэн:
— Тина, хорошо, что вы еще здесь. Я хотел бы кое-что обсудить. Задержитесь.
Я нервно сжала за спиной кулаки. Преподаватель заметил, что меня ранил ядокрыл, но я осталась на ногах?
Похоже, Вандерфилд подумал о том же. Он медленно повернулся, смерил профессора тяжелым взглядом. Мне даже не по себе стало.