Выбрались из машины, сунув недлинные дробовики под куртки, натянули маски пока как шапочки, дальше одним движением раскатать можно. За нами никто не наблюдал вроде бы. И потопали. Обошли четырехэтажку из красного кирпича через двор, затем в проход между ней и следующим, там остановились, глянули на стоянку.
– Узнаешь? – показал я на пикап.
– Конечно. Вон сторож при стоянке, видишь?
– С собой посадить можно, если сигналка сработает.
– А что думаешь делать?
– За баню Тимура машину перегнать, пусть туда бежит.
– Нормально. – Дмитрия чем-то поразить сложно. – А если нет?
– Тогда прямо к нему пойдем. Держи. – Я сунул ему короткий жезл-парализатор. – На случай, если совсем тихо надо.
– Есть у меня. И кристалл запасной.
– Хорошо, – кивнул я, убирая жезл в подсумок под курткой. – Мне с тамошним «портье», – я даже интонацией сумел вставить кавычки, – беседовать придется. Так что сторожа на тебе.
– Сколько их там?
– Без понятия, но больше двух быть не может.
– Понял.
– Но пока сигналку проверим.
Сигналка не сработала. Поменял он ее все же. С его стороны разумно, но все же жаль, все упростилось бы. А может быть, и нет. Поэтому мы направились в подъезд дома.
Как я уже говорил, даже дети в Форте знают, что тут самый настоящий Лабиринт, в котором даже Минотавр заблудился бы, горько бы плакал и просил его вывести. Так и было задумано, так все внутренние переделки и планировались. Немало народу в этот дом зашло, да так и не вышло никогда. Полагаю, что в котельной закончили, в топке.
Входная дверь не запиралась, это уже издержки, тутошний контингент жильцов ждать перед входом не любит, а иногда и не может. И люди ходят сюда разные, они не всегда хотят докладывать, к кому именно пришли и зачем.
Дальнейшее произошло очень быстро.