Во время упражнений он заставил Несту целых пять минут передвигаться вдоль лестницы, не выходя за пределы каждой веревочной клетки и стараясь держать колени прижатыми к груди.
– А у тебя легкие ноги.
– В детстве я училась танцевать.
– Серьезно?
– Мы же не всегда бедствовали. Пока мне не исполнилось четырнадцать, наш отец был богат как король. Его называли Принцем торговцев.
– А ты была его принцессой? – осторожно улыбнулся Кассиан.
– Нет, – ответила Неста. Ей показалось, что в разгоряченных жилах затрещал лед.
– Кем же тогда была ты?
– Произведением своей матери, – так холодно ответила Неста, что у нее свело язык."
"– На кого была похожа твоя мать?
– На худший вариант меня.
– Я… – Кассиан сдвинул брови.
Ей не хотелось продолжать разговор в этом направлении. Появившееся солнце не принесло тепла. Неста высвободила ногу из рук Кассиана и села, испытывая желание отодвинуться от него.
Чувствовалось, что Кассиан вот-вот заговорит снова.
– А что произошло два года назад со жрицами в Сангравахе?
Кассиан превратился в изваяние.
Ей было ужасно видеть полную неподвижность воина, готового убивать, защищаться и проливать кровь. Однако его голос был столь же ужасающе спокоен, когда он спросил:
– Зачем тебе?
– Что там произошло?
Рот Кассиана напрягся. Он судорожно сглотнул и только потом начал рассказывать:
– В то время Сонное королевство стремилось отыскать Котел и ножки, на которых он стоял.
Несту охватил ледяной, глубокий ужас. Значит, Гвин…
– Ты встретила какую-то из них в библиотеке?
Неста молча кивнула, не в силах ответить вслух.
Кассиан закрыл глаза. Наверное, загонял вспыхнувший гнев обратно.
– Я слышал, Мор привезла одну из жриц сюда. Азриель был первым, кто узнал о зверствах в Сангравахе. Он убил всех оставшихся солдат Сонного королевства, но к тому времени… – Кассиана передернуло. – Не знаю, что стало с другими выжившими. Я рад, что она оказалась здесь. То есть в безопасности. Среди тех, кто ее понимает и готов помочь.