Неста отрывисто кивнула, длинная коса шевельнулась у нее на груди. Сегодня она была в ночной сорочке с длинными рукавами. В камине огонь не горел, но в спальне было тепло. Может, Дом отметил ее нелюбовь к огню и нашел иной способ нагревать воздух.
Кассиан заставил себя отойти от стола и направился к двери.
– Тебе не понравилось? – спросила Неста, когда он уже брался за ручку.
– Что не понравилось?
Он остановился и медленно повернулся к ней.
– Тебе не понравилось наше соитие? – Щеки Несты покраснели.
– Почему ты спрашиваешь?
У нее дрогнуло горло. Она была… Неужели она всерьез сомневалась в нем?
– Ты быстро ушел и потом не искал меня.
«Потому и ушел быстро, что боялся распасться на куски».
– Ты была целиком сосредоточена на упражнениях.
Ее глаза вспыхнули, и в них он уловил боль.
– Да, конечно. Что ж, спокойной тебе ночи.
– Котел тебя подери, Неста. Я не это имел в виду. – Он подошел к кровати. Неста снова выпрямилась, глядя на его возвышающуюся фигуру. – Разве я мог быть таким своекорыстным – требовать от тебя новых соитий, когда ты целиком сосредоточилась на занятиях?
– Когда оба хотят, это не требование.
– Думаешь, я избегал тебя лишь потому, что не получил удовольствия?
Неста молчала. Тогда Кассиан уперся руками в постель, наклонился и прошептал ей на ухо, вдыхая ее запах:
– Я получил слишком много удовольствия. Потом целыми днями только об этом и думал.
Она вздрогнула. Кассиан улыбнулся.
– А ты по ночам трогала себя, думая о том же, о чем и я?
Неста едва заметно кивнула. Краешком глаза Кассиан увидел ее мелькнувшие зубы. Она закусила нижнюю губу.
– И твои маленькие пальчики давали тебе то же, что мои?
Ее дыхание участилось, но она не ответила. Кассиан знал: не хочет признаваться. Тогда он слегка сжал зубами ее ухо.
– Так как?
– Не знаю, – прошептала Неста. – Надо еще раз проверить.
Кассиан хмыкнул и поцеловал ее за ухом. Его набрякший член уже болезненно упирался в штаны.
– Может, проведем одновременное сравнение?
Неста тихо ойкнула. Кассиан забрался на кровать и раздвинул ей ноги. В висках и во всем теле бешено стучала кровь, биение отдавалось в его окаменевший член. Отодвинувшись, он заглянул Несте в глаза. Они светились желанием.
Окружающий мир затих.