Если она бы сейчас только дотронулась до него, он бы выбросил все скопившееся семя. Однако Кассиан нашел в себе силы прохрипеть:
– Двигай посильнее.
Нестра вздрогнула, будто его слова были телесным прикосновением, но подчинилась. Они оба застонали.
– Пожалуйста, – прошептал Кассиан.
Он не знал, к чему относится его просьба. Ему было просто необходимо к ней прикоснуться.
Неста по-кошачьи улыбнулась ему:
– Еще не время.
Ее рука вновь задвигалась между ног.
– Я представляю, как ты входишь в меня. Раз за разом.
Кассиан не мог дышать. Он мог лишь смотреть на ее руку и лицо, затуманенное наслаждением.
– Я представляю, что ты менее терпелив, чем в первый раз, и сразу входишь в меня. Целиком.
Сказав это, она качнула пальцами.
– Я не хочу делать тебе больно, – ответил Кассиан, молясь Котлу и Матери, чтобы сохранили ему рассудок.
– Ты не сделаешь мне больно, – возразила Неста, касаясь другой рукой клитора. – Хочу, чтобы ты не сдерживался.
Кассиан тихо зарычал, исходя на желание.
Неста озорно засмеялась.
– Хочешь посмотреть, как меня накроет? Или хочешь попробовать на вкус?
– На вкус.
Он бы отдал сейчас что угодно, только бы слизнуть эту удивительную жидкость.
– Так пируй, Кассиан, – предложила она, разводя ноги пошире.
Его имя на ее устах было как спущенная тетива. Обхватив бедра Несты, он еще шире раздвинул ей ноги и прильнул к ней губами и принялся облизывать. Медленно, с наслаждением.
Неста застонала, громче, чем в первый раз. Кассиан закинул ее ноги себе на плечи и зарылся лицом в ее лобок.
В его движениях не было прежней осторожности, ничего дразнящего. Он пировал языком, губами и зубами, и каждое движение поднимало в его крови бурлящую волну. Неста упиралась ступнями в его плечи. Пальцы ног щекотали ему крылья. Кассиану даже пришлось ненадолго замереть, боясь, что его прорвет от этой щекотки. Потом он научит ее игре с крыльями. Ему хотелось, чтобы Неста трогала его крылья. Он покажет, где прикасаться к ним во время соития, чтобы от выброса семени у него перед глазами плясали звезды, и как дотрагиваться до них в другие моменты, когда он готов выплеснуть ей в руку или в рот.
Язык Кассиана проник ей в лоно. Он чувствовал надвигающийся оргазм. Кожей. Спиной. Слишком рано. Он не хотел, чтобы все кончилось так рано.
Он заставил себя сделать передышку. Отодвинуться. Но вид Несты, разлегшейся на подушках: нагой, открытой для него, едва не испортил все дело.
Кассиан снял рубашку. Потом стянул штаны.