Неужели в обязанности посланника входила и слежка за другими Дворами? И почему Ласэн решился заговорить о таких вещах в моем присутствии?
Тамлин перестал улыбаться.
— Болезнь поразила две дюжины их детей. Спасти не удалось никого. — Ласэн сглотнул. — Болезнь… прорвалась через их магию и повредила разум. Никто при Дворе зимы не смог этому помешать. Они лишь в бессилии наблюдали. Их горе… безгранично. Еще я узнал, что и при других Дворах положение не лучше, хотя… Двор ночи по-прежнему незатронут. Похоже, эта проклятая болезнь с каждым ударом продвигается все дальше на юг.
Все тепло, вся искрящаяся радость мгновенно покинули меня. Вылились, как кровь из раны.
— Значит, болезнь способна… убивать? — отяжелевшим языком спросила я.
Она убивала их потомство. Детей. Болезнь накатывалась черной волной и уносила свои жертвы. Я вспомнила слова Асиллы: дети рождались далеко не у всех, ими дорожили, как большой редкостью. Потеря двух с половиной десятков юных жизней, конечно же, стала для Двора зимы невосполнимой утратой.
Тамлин медленно качал головой. Его глаза наполовину закрылись. Казалось, он пытался сбросить с себя весь ужас услышанного.
— Эта болезнь способна поражать нас так, как тебе…
Не договорив, он стремительно вскочил на ноги. Опрокинутый стул отлетел в сторону. Мелькнули выпущенные когти. Сверкнули клыки. Тамлин вглядывался в открытые двери столовой.
До того как Тамлин снял защитный покров, я поражалась пустынности и тишине его дома. Потом успела привыкнуть к шуму, шагам, обрывкам болтовни слуг и шуршанию платьев служанок.
Эта тишина ничем не напоминала канун Ночи огня. Мне вдруг захотелось спрятаться под столом. Или убежать… сама не знаю куда. Ласэн выругался и выхватил меч.
— Отведи Фейру к окну, к портьерам, — приказал Ласэну Тамлин, не сводя глаз с открытых дверей.
Ласэн взял меня под локоть и потащил к окну.
— Что за… — пробормотала я, но Тамлин снова зарычал, и его рычание эхом отозвалось из углов.
Я схватила столовый нож и позволила Ласэну отвести меня к окну.
"В ноздри ударил знакомый запах магии. Острие меча Ласэна было направлено в пол, но костяшки пальцев, сжимавших оружие, побелели от напряжения. Меня снова окружили защитным магическим покровом. Я стала частью Ласэна, растворилась в его запахе.