Нужные копии нашлись довольно быстро, после чего дело оставалось за малым — сравнить их с космическими изображениями поверхности планеты. Вот тут и начались проблемы. Идентификации не было. Элис уже в четвёртый раз увеличивала разрешение и приближение земной поверхности, но всё было безрезультатно. Точнее, результаты были. Система выдавала около семидесяти вариантов с вероятностью сходства в семнадцать процентов. Более надёжных вариантов не было, а менее надёжные исчислялись уже сотнями. В любой другой ситуации она облетела бы все варианты, сколько времени на это бы ни понадобилось.
— Профессор? — Удивилась девушка. — Разве вы не в экспедиции?
— Мы только что вошли под купол, — заявил Крато своим вечно недовольным тоном. — Вот что, Элис, голубушка, вы мне нужны! Я понимаю, что у вас выходной, но я решительно не могу без вас обойтись.
Профессор принялся возмущённо отчитывать кого-то невидимого, энергично жестикулируя, отчего на экранчике коммуникатора возникло изображение мутного калейдоскопа. О том, что устройство связи ещё активно, Крато уже забыл.
Когда девушка вошла в ангар, вся археологическая группа была ещё в сборе. Сердитый профессор разносил всех в пух и прах, а причина его гнева, перепачканная грунтом, стояла у только спущенной грузовой аппарели. Улыбка сама полезла на лицо, и Элис пришлось сурово нахмуриться, чтобы не попасть под амбразуру профессора.
— Элис, голубушка! — Профессор на мгновение просиял и тут же вновь насупился. — Вот, полюбуйтесь! — Он махнул рукой в измазанный механизм. — Землеройка снова сломалась. — Он возмущённо посмотрел на Зака Сораса. — Благодаря успешным действиям одного из наших профессионалов! И вместо того, чтобы вести раскопки, мы вынуждены тратить драгоценное время на ремонт!
Сорас молчал, опустив взгляд, прекрасно осознавая всю бесперспективность любой попытки спора.