Сейчас все мысли следовало обратить не на Верену, а на ее дочь. И если Сильвестр рассчитывает, что Феба окажется в черном списке собственной бабушки, то его ждет разочарование и он будет сурово наказан за свой злой умысел."
"Уже проваливаясь в сон, леди Ингам вспомнила о дочери владелицы гостиницы. Это ведь Сильвестр настоял, дабы она сопровождала Фебу в Лондон, и какими бы мотивами он при этом ни руководствовался, они не были злонамеренными. Надеяться было бы нелепо, сонно подумала она, но и отчаиваться еще рано.
Глава 14
На следующее утро Феба обнаружила бабушку в весьма деловом и оживленном расположении духа, полной планов на сегодняшний день.
– Сейчас самое важное – одеть тебя, как полагается, дитя мое, – заявила вдовая миледи. – Боюсь, если еще раз увижу тебя в этом отвратительном платье, со мной случится нервный срыв!
Перспектива обзавестись модной одеждой была чрезвычайно соблазнительной, но Фебе пришлось умолять бабушку отложить выполнение этой программы.
Убедить миледи согласиться на столь кардинальное изменение планов было нелегко, поскольку чувство приличия бабушки восставало при мысли о том, что ее внучка будет бродить по Лондону в сопровождении неопытной деревенской девчонки. Она заявила Фебе: Алисе будет куда веселее в обществе одной из служанок, но, в конце концов, внучке удалось уговорить миссис Ингам дать разрешение на посещение ярмарки «Пантеон».
Порог сего учреждения девушка перешагнула, полная самых радужных надежд, а вышла оттуда, погруженная в черную меланхолию, что помешало ей присоединиться к восторгам Алисы, пребывающей в экстазе от увиденного.