— С одной стороны, вроде бы в центре города, все рядом, но в то же время, как будто на отшибе».
Круглая каменная башня торчала на фоне ночного пасмурного неба. Вершина обрушена. А рядом та самая постройка. Склад номер шесть. Выглядело это все вместе как что-то вроде котельной с широкой трубой. Но вряд ли, явно построено это до изобретения котлов.
Вход — широкая полукруглая арка с тяжелыми, окованными металлом, створками ворот. К ним ведет дорога. Над воротами болтается единственный фонарь. На ветру раскачивается и скрипит.
Кусты рядом ниже по берегу зашевелились, из них показалась растрепанная голова Рубина.
— Ну что там? — прошептал я.
— Порядок! — в темноте блеснули белые зубы цыгана. — Нашел я эту хитрую тропку, дядя Саша. Айда, покажу!
Глава 16
Я оглянулся на часового, тот отвернулся, вертя башкой. Я улучил момент и незаметно для него юркнул в тень вслед за Рубином.
Темно, как у папуаса в одном месте. Луна как назло хилая и дохлая, словно недоедала, в плен к фрицам попала. Припасенный фонарик пока нельзя включать. Мы шли козьими тропами, продираясь через увядшую уже крапиву в обход таинственного склада.
— Дядь Саш? — шепнул Рубин, ловко выбирая маршрут. — На кой черта нам этот склад? Тута один часовой, не похоже, чтобы патроны, одежда и прочая жрачка здесь хранились.
— Вот именно, — ответил я, отдирая от морды липучую паутину. — Самое подходящее место, чтобы ящики с Янтарной комнатой укрыть.
— А какого рожна графу комнату прятать? Ведь Псков-то ихний? Немецкий.
— Не доверяет он своим. Никому не доверяет, перестраховаться решил.
— А может, он и вовсе «Янтарку» себе прибрать хочет? В личную коллекцию, так сказать? А?.. Тебе он тоже не доверяет? Ты ж сам рассказывал, как ему жизнь спас, — цыган остановился, увязнув в высокой траве.
— И мне не верит… — ответил я, призадумавшись. — Хотя иногда доверяет. Но в этом деле точно нет.
— О, смотри, дядь Саш! — Рубин тыкал в темноту пальцем. — Это что за настил к воде?
— Похоже на причал, — я врубил фонарик, заросли такие, что тусклый лучик вряд ли видно, да и часовой с той стороны строения остался.
Дощатый старый настил пробирался среди камышей и терялся в воде, другой его конец утыкался в эту самую башню. Там как раз оказался проем закрытый наглухо решеткой. Огромный замок висел на проушинах.