Максим хотел было привести его в чувство, но услышал голос Редошкина: командир! – и занял соседнее кресло, торопливо нацепил рога.
Перед глазами распахнулась туманно-голубая даль, стал виден изменившийся ландшафт под самолётом: за цепью «баобабов» к горизонту уходила глубокая – чуть ли не километр – низменность, покрытая синеватой растрескавшейся глазурью, из которой вырастали острые зубья скал, образуя своеобразное редколесье.
Редошкин остановил аппарат.
Некоторое время они рассматривали необычный памятник местной природы, ища ему объяснение.
– Может, здесь было море, а потом высохло? – предположил Редошкин.
Максим покачал головой.
– Не похоже.
– Город?
– Тоже не похоже… скорее, по этому району был нанесён энергетический удар.
– Точно! Здешние Демоны ударили по Крепости, но не попали, и наши ответили! Хотя тоже промазали.
– Наши, – усмехнулся Максим. – Ты уже родственников себе подобрал?
– Я имел в виду – хозяева Крепости… – смутился лейтенант.
– Сколько мы пролетели?
– Да всего ничего, километров сто пятьдесят.
– Странно, что не заметили эту плешь раньше, когда искали «центр обороны».
– Осмотрим?
– Некогда.
Самолёт рванул вперёд с возрастающей скоростью…
Глава 22
Будем держаться!
План Сергея Макаровича оказался действенным. Он был прост, как всё гениальное.
Для начала Савельев не стал надеяться на пожилых учёных, никогда в земной реальности не принимавших участие в сражениях, и оставил в посту управления Матевосяна. В результате у них всё получилось.
Лейтенант открыл верхний выход шахты, куполом накрывавший «эйфелеву башню».
Мерадзе вывел «баллон дирижабля» через этот «пушечный ствол», на что потребовалось не больше трёх секунд.
Матевосян закрыл вход.
Мерадзе открыл центральный люк «баллона»."
"Пассажиры «дирижабля», распределившиеся у люка аппарата таким образом, чтобы каждый имел свой сектор обстрела: Спицын, Плащинин и Сергей Макарович – начали стрелять.
Носорогопауки за то время, как готовилась контратака, успели повредить три редута (каменные гребни, защищавшие верх шахты, всего их было шесть), но пробить створки купола не смогли, только раскалили их до жёлтого свечения невидимыми импульсами энергии, срывавшимися с рогов.
Дружный залп «троицы русских богатырей» (майора, полковника и генерала, что вполне соответствовало былинным героям – Алёше Поповичу, Добрыне Никитичу и Илье Муромцу) из демонских «бластеров» подействовал на вражеское войско как холодный душ.