Шведов истерику закатывать не стал и отчета о случившемся ни от кого не потребовал, некогда было. Вызвал второго Бирюка (первый Ахмеда стерег), отсчитал пачку «соток», распорядился:
— Бери «уазик», выбрасывай, на хер, заднее сиденье, и бегом в райцентр. Ты меня понял? Во все лопатки! Денег не жалей, дай всем, кому надо, чтобы сделали все, что можно. Скажешь, казак, с кручи упал, когда дрова добывал. С атаманом я договорюсь…
При обсуждении деталей предстоящего рейда выяснилось, что полковник действительно испытывает сомнения относительно Антона, но сомнения эти совсем иного рода.
— Если маяк будет действовать, пойдем след в след, — предупредил Шведов, испытующе посмотрев на соратника. — Грех упускать такую возможность…
Антон, разумеется, стал возражать. При разработке операции на карте «набили» два наиболее безопасных маршрута, по каждому из которых можно было с относительным комфортом выйти в район предполагаемого нахождения базы Руслана Умаева.
Три ночных автоперехода, две дневки, и мы на месте.
Вариант с движением по пятам Антону не понравился сразу, как чрезвычайно рискованный, и он не замедлил уведомить об этом полковника. Но в тот момент Шведов не стал заострять на этом внимания, сказал, разберемся…
Теперь полковник вновь вернулся к спорному вопросу.
— Беслан будет перемещаться по утоптанному маршруту, гарантированному от неприятностей со стороны федералов. Значит, и мы от этого застрахованы. Кроме того, есть почти стопроцентная уверенность, что вслед за Бесланом не попрется по ночи никто из его соплеменников. Выбираем дистанцию безопасного удаления, чтобы не услышали да не унюхали, — и вперед. То есть тут у нас все получается очень даже неплохо…
Антон в ответ возразил: вариант, безусловно, ничего себе… с точки зрения штабного военного, давно не гулявшего в рейд.
Одно дело, маскировать транспорт и пережидать светлое время в малолюдных районах, на периферии, и совсем другое, в густонаселенных местах, на подконтрольной «духам» территории.