— Вы будете путаться под ногами. — А когда Тэд гордо заявил, что, дескать, он — здоровый и сильный мужик, запросто может прогуляться с фотоаппаратом по горным тропкам, не будучи отягощен экипировкой, Вахид мило улыбнулся и этак простецки пояснил:
— Как только вы захромаете, бойцы пристрелят вас и сбросят в первую попавшуюся расщелину. Потому что вы будете задерживать группу, и она не успеет в срок выполнить задачу.
Три дня нас с Тэдом развлекали по полной программе. Мы исследовали территорию полка вдоль и поперек, так как после некоторых размышлений Вахид, видимо, пришел к выводу, что скрывать ему от нас нечего.
"— Но только до 19.00! — счел нужным ограничить временные рамки строгий командир. — С 19.00 до 9 утра вы должны безвылазно сидеть в изоляторе — ужин вам будут подавать туда…
Лагерь полка располагался в глухой лесистой седловине меж огромных раскидистых дубов с густым подлеском.
— Вот наступит осень, придется другие маски ставить, — посетовал начальник штаба Имран. — Опять аврал, работы дня на три, и надо ведь так подгадать, чтобы маски не выделялись на фоне естественного ландшафта, а то федералы заподозрят неладное…
С утра до вечера, а порой и ночью не умолкала артиллерийская канонада — наши обрабатывали горы вокруг Хатоя, долбя справа и слева на солидном удалении от расположения полка.
— Аллах миловал, — ответил Имран на мой вопрос, бомбили ли федералы ранее их квадрат.
Да, если мне повезет когда-нибудь вернуться на круги своя, у меня будет весьма интересная информация для артиллеристов и авиаторов федеральных войск. При одном условии: если в течение трех дней я сумею хоть разок выбраться отсюда и определить координаты этого славненького местечка относительно Хатоя…
Женщин на территории лагеря не было. Мы излазили все вдоль и поперек, и я вскоре убедился, что женщинами в полку даже и не пахло.