— Ну да, все, — я опять пожал плечами. — А что еще надо? Вот он я — хотите, берите, не хотите — пешком постою.
— Ну все так все, — согласился Белый и неожиданно добавил:
— Ты мне пока что не нравишься.
Я возмущенно фыркнул и заявил:
— А я не баба, чтоб вам нравиться! Тоже мне!
Вовка ухватил меня за рукав и попытался осадить.
— Да не лезь ты! — Я досадливо отстранился и продолжил:
— Я вам себя предлагаю для работы, а не на конкурс красоты. Скажите сразу — берете или нет. Чего зря базарить!
— Ну! — удивленно воскликнул Белый и погрозил мне пальцем:
— Не суетись, малыш — целее будешь! Ты вот что — послушай, что я скажу, и попробуй хоть один пунктик опровергнуть.
— Тебя по всей России ищут — раз…
— Вовка сказал, что фотографий на стендах пока нет, — возразил я. — Может, и не ищут в вашем городе.
— Это херня, — беспечно махнул рукой бригадир. — На портреты у них сейчас бабок нет. А вот ориентировочки на тебя в каждом отделении лежат — проверяли.
— А-а-а! Испужались? — ядовито осклабился я. — Надо же, а? На российской земле русская мафия боится каких-то занюханных «чехов»! Во бля — докатились!
— Ты за базаром следи, малыш, — посоветовал Белый и счел нужным пояснить:
— Мы никого не боимся. Если надо — костьми ляжем, но не дрогнем. Только вот надо ли?! Ты погляди, какой ты проблемный: ксиву тебе выправлять — целое дело! Легенду надо соорудить от роддома и по сей день — и чтоб по буквочкам все было, без разночтений.
— Будет, будет, — поспешил я уверить бригадира, решив более не перечить — верно он посчитал, я для них сплошная обуза, без единого пока проблеска.
— А как же, обязательно, — согласился Белый, поднявшись с топчана и двинувшись к выходу из беседки. — А ну — иди-ка туда, — сказал он, выйдя наружу, указав на небольшую лужайку неподалеку от беседки.