Осборн дернул лапой, нить натянулась и едва слышно запела.
– Ишь ты, какая музыка, – усмехнулся он.
– Теперь можешь быть свободен, – напомнил Дюран.
– Я понял, только давай на «раз-два-три».
– Да, я помню – итак, командую. Раз… Два… Три!
Раздался хлопок, и демон превратился в белое облако, которое начало растекаться на туманные струйки, пока не растворилось без остатка.
89
Дюран стоял у основания зеленого холма и смотрел на дорогу. В его груди поднималось торжество. Нет, он был далек от жалких человеческих желаний и не стремился отомстить Каспару Фраю за прошлые свои неудачи – маг был выше этого, намного выше, однако… Однако приятно будет увидеть, как Осборн сожрет их, увидеть глазами мага, не имеющего глаз.
Только бы не появился извечный конкурент в борьбе за обладание артефактами – мессир Кромб, подлец, в открытую служащий духам холода и разложения.
Из-за леса показался первый всадник.
«Бертран фон Марингер», – прошептал Дюран. Для существа без глаз он видел довольно сносно.
Вторым был Каспар Фрай.
«Главное блюдо», – усмехнулся Дюран. За Каспаром показался прямой противник в этом бою – мессир Маноло. Будь он в магическом кругу, ему бы цены не было, но в одиночку много не наколдуешь. От корешков лесных да от ручьев бегучих звонких много силы не почерпнешь. Не почерпнешь, жалкий ты самоучка. Хотя Карбир, глава Хрустального ордена, в который входил Дюран, и говорил, что Маноло ученик самого Нетшальта, Дюран в это не верил.
Нетшальт был настолько огорчен потерей ученика, что решил не возвращаться в этот мир, пока в нем не восстановится справедливость.
«О какой справедливости думал Нетшальт? – размышлял Дюран, следя за приближением всадников, еще не знавших об ожидавшей их участи.