Поднявшись, бойцы разбрелись по лесу, проводя разведку. Лес, в котором они находились, можно было легко окружить, поэтому возможную опасность следовало обнаруживать заранее.
Этой опасностью оказался очередной разъезд, который появился на дороге со стороны реки.
Каспар уже готовился выйти к дереву, чтобы начать раскопки, когда Фундинул примчался к нему с опушки и сообщил о разъезде.
– Что будем делать, ваша милость?
– Ждать будем. Пока все идет хорошо, – сказал Каспар. – Они проедут и дадут нам без помех сделать дело.
– Нет, ваша милость, сразу побежал вам докладывать.
– Ну, пойдем, вместе посчитаем. Пока Каспар и гном добрались до опушки, вражеский отряд подъехал совсем близко.
– Раз, два, три… – начал считать Фундинул. Всадники ехали не спеша, не опасаясь, что на них кто-то нападет. Тяжело покачивались в седлах мардиганцев наемники, уйгуны откровенно скучали, некоторые для разминки покручивали в руках тесаки.
Гельфиги смотрели на эти игры с брезгливым пренебрежением.
– Сорок четыре, ваша милость.
– Не может быть сорока четырех. Должно быть ровно пятьдесят. Мы уже видели пять или шесть разъездов, и в каждом было ровно пятьдесят всадников. Где-то больше уйгунов, где-то наемников или гельфигов, но всегда равно пятьдесят. Считай снова.
Гном начал считать заново, однако Каспар уже и сам видел, что во вражеском отряде меньше пятидесяти солдат. Фундинул мог ошибиться на одного-двух всадников, но не на шесть.
– Все равно сорок четыре, – сказал гном.
– Значит, тут не все.
– А где могут быть остальные?
– Может, пограбить куда-то завернули.
Дорога огибала лес и поворачивала налево, отряд противника неминуемо приближался к большому кругу опаленной травы. Когда всадники заметили круг, их строй сломался, они стали придерживать лошадей и обсуждать, по какой причине здесь могла выгореть трава.
Почуяв чужих лошадей, заржал один из спрятанных в овраге мардиганцев. Каспар затаил дыхание, чувствуя, как намокает спина.
Мардиганцы, на которых ехали наемники, стали отвечать, однако как-то все разом, поэтому было непонятно, кто начал первым.
Вдоволь налюбовавшись кругом выжженной травы, разъезд двинулся дальше, а Каспар мучительно ожидал, что мардиганец из оврага снова подаст голос.