Сердце дракона. Том 18. Часть 2 (СИ)

Генерал ожидал, что Калеон достанет из пространственного кольца какое-нибудь вычурное кресло или подобие походного трона, но… Вместо этого старший сын Аглена опустился на простjе полешко все же Чужие Земли — это не Империи. Здесь, в суровом крае, привыкли к куда более простому образу жизни.

— Признаться, — Калеон крутил в пальцах медальон главы рода. — я все еще не привык к этому титулу.

С момента, как они сожгли тело Аглена на погребальном костре минули уже третьи сутки. Все это время, по старому обычаю, Лецкеты не покидали леса, где пал их предыдущий глава.

Каким бы гнилым человеком ни был Аглен, но его дети — нет.

Калеон решил, что не сможет посмотреть в глаза матери, если не справит тризну по почившему отцу.

— Она хорошая женщина, — внезапно произнес юноша. Теперь Хаджар видел, что Калеону не было и пятидесяти. Интересно, в какой момент Хаджар Дархан стал видеть в мужчинах, разменявших полвека — юношей?

— Да, — кивнул Хаджар. — хотя я и не думаю, что Артеус когда-нибудь добьется ответных чувств.

— Что?

— Лэтэя, — Хаджар кивнул себе за спину. — она относится к нему как к хорошему другу, но вряд ли — к любовнику. И уж тем более — к спутнику на пути развития. Я не мастер в любовных делах, но даже мне видно, что её сердце уже занято. И было занято давно — еще до нашей с ней встрече и…

— Прошу прощения, что перебиваю вас, генерал, но я говорил не о Лэтэи.

— Ох, — вздохнул Хаджар и неопределенно помахал рукой в воздухе. — Видимо это последствия горного воздуха, достопоч…

— Можно просто — Калеон.

— Видимо это последствия горного воздуха, Калеон. Так о чем ты говорил?

Калеон бросил быстрый взгляд в сторону палатки.

— О нашей матери, — сказал он. — Вы не думайте, что она была заодно с отцом. Или ей вообще — все равно, что творится с её собственными детьми. Просто… просто…

Калеону явно было сложно подобрать слова, поэтому Хаджар решил сделать это за него.

— Просто не у всех есть силы, чтобы бороться с этим миром.

— Да, — вздохнул Калеон. — наверное это так, — и, после небольшой паузы, продолжил.

 — она любила нас. Так же сильно, как и любая другая мать. Но… мы ведь род Лецкет. Те, кого должна погубить дочь.

Калеон усмехнулся на полу слове.

— Глупо, да? — глядя в небо, спросил он. Будто бы говорил не с Хаджаром, а с пустотой вселенной. — Предсказания… никогда не знаешь, о чем на самом деле они говорят. Лэтэя — чья-то дочь, а от… Аглен сам назвал себя родом Лецкет. Вот и получается, что дочь погубила род Лецкетов.