Но особой радости на душе не было. Серый мечтал о таком куше, который позволил бы ему больше никогда не выходить на дело, рискуя вновь очутиться на нарах. Ради этого он и затеял свою опасную игру.
Изобразив на тонких губах дежурную улыбку, Серый позвонил в металлическую дверь. На канареечную трель хозяин отозвался не сразу, сначала за порогом послышалось настороженное шуршание, — его явно изучали в глазок, и лишь потом прозвучал не слишком дружелюбный голос Степана:
— Кто там?
— Плохо старых друзей не узнавать, — бодро откликнулся Серый.
Молчание показалось ему долгим, хотя длилось оно не более минуты, а потом из-за двери раздался восторженное:
— Серега Назаров, бля буду!
Заскрежетали замки, и возникший в дверном проеме Степан прищелкнул языком:
— Да ты, как я погляжу, хорошо в этой жизни устроился! Где такие шикарные шмотки надыбал?
— Взял взаймы у одного олигарха, возвращать надо, — отшутился Серый, проникая в квартиру, — но сейчас разговор не об этом. Давай обойдемся без лишнего базара, мы ведь неплохо знаем друг друга.
Степан почесал свою родинку:
— А много?
— Не волнуйся, этих денег тебе хватит на десять лет безбедной жизни.
— Тогда вопрос, откуда у тебя эти деньги?
— Лось из общака выделил, — решил блефануть Серый.
— Так, значит, это ты его уделал? — насторожился Степан. Сигарета, которую он взялся прикуривать, задрожала в его губах. — Я знаю людей, которым может это не понравиться.
— Ты говоришь о Варяге?
— Да.
— Но никто ведь не узнает, что искать нужно меня. — Взгляд Серого сделался неподвижным. — Верно?
— Предположим, — ответил Степан, помявшись.
— Тогда давай не будем о покойниках. Как тебе мое предложение?"
"— Что тебе сказать… Разбогатеть, конечно, хочется. Но что от меня требуется? На мокруху меня фаловать бесполезно.
Серый сдержанно усмехнулся:
— Я вижу, ты чтишь библейские заповеди. Это хорошо! Хочу тебя заверить, что никого убивать не надо, — просто ты должен будешь заложить взрывчатку под одну машину, в которой в этот момент никого не будет.
— Хм… Предложение заманчивое. И что это за тачка?
Серый пренебрежительно пожал плечами:
— Так, ничего особенного, «Мерседес» шестисотой модели.
Степан выпучил глаза:
— Тоже мне: «ничего особенного»! Его стоимость за сотню тысяч баксов зашкаливает!
— А чего тебе, собственно, переживать? Не твои же деньги.