Кто не думает о последствиях…

Хорошо, что мелкая, те только перемерзли да испугались… Важа с сыновьями их вытащил да отправил, от греха, в Телави…"

"Гоча воткнул топор в иссеченный чурбак, занес дрова в дровяной сарай, сложил в поленницу, осмотрел. Хватит, пожалуй! Хотя, на всякий случай, можно еще наколоть – запас карман не тянет… Не в эту зиму сожжет, так в следующую…

Накинув на разгоряченное тело овчинную безрукавку, он трусцой пробежал под холодными струями к дому, снял обрезанные по щиколотку резиновые сапоги, в протертых шерстяных носках прошел по стареньким полотняным дорожкам к допотопному, образца шестидесятых годов, буфету.

Налил из большой, грубого синеватого стекла бутыли чачи в маленький граненый стаканчик, с расстановкой выпил в несколько глотков, наслаждаясь духом винограда и чувствуя, как семидесятиградусная жидкость обжигает пищевод и разбегается по жилам, восстанавливая затраченные силы. Затопить, что ли, печь? Да нет, если бы были постояльцы – другое дело, а сам он и так не замерзнет… Конечно, он надеялся, что гости все-таки приедут, но погода спутала все планы. Хотя… Что там за шум?

Гоча подбежал к окну и припал к стеклу, глядя на приближающийся по раскисшей дороге «уазик» комбинированного черно-зеленого цвета. Туристы, больше некому!

Накинув плащ-накидку и прихватив еще две, Гоча вышел на улицу. Своих нынешних постояльцев Сандро у него перехватил, воспользовавшись тем, что Гоча доил козу в сарае. А когда вышел, то машина уже уезжала. Видно, Сандро выскочил навстречу, махал руками, вот и зазвал к себе.

Иначе никак – дом соседа стоит дальше по дороге и выше на склоне, чего бы они мимо Гочи проехали… Но второй раз у него такой фокус не пройдет!

Гоча огляделся. Соседа не видно, судя по густому дыму над трубой – растапливает печь, ублажает постояльцев. Ничего, и он сейчас затопит… Если, конечно, очередной гость не договорился с этим пронырой!

Но «УАЗ» остановился рядом с ним. Из задней двери пружинисто выскочил молодой мужчина в расстегнутой зеленой брезентовой куртке с капюшоном, сером свитере, широких черных брюках из толстой ткани и высоких шнурованных ботинках.

Не обращая внимания ни на дождь, ни на Гочу, он вытащил объемистый рюкзак с притороченным длинным свертком и с лязгом захлопнул дверцу.

«УАЗ» зачем-то сдал задом, развернулся и уехал, Гоча даже не рассмотрел, кто был за рулем. Ему вдруг показалось, что эта же машина привезла и двух постояльцев Сандро.