Дразнят, вновь заводят до чёртиков и выходят наружу, нежно касаясь клитора.
Я трогаю его лицо, провожу ладонью по колючим щекам, целую губы и не могу поверить, что только что, почти несколько мгновений назад окончательно и бесповоротно впустила Воронова в своё сердце. Я сгораю от ревности и вновь возрождаюсь, вспоминая, как сегодняшним вечером на шее моего мужа висла незнакомая девушка и смотрела на него влюбленными глазами. Нет, не хочу думать об этом сейчас, сегодня, этой ночью.
В комнату ярко светит луна, освещая лишь очертания наших полуобнаженных тел.
— Эй, ты чего?
— Ты так откровенно рассматриваешь меня, Воронов. А я сейчас совсем не совершенная…
Даня настойчиво убирает руку в сторону и едва ощутимо проводит подушечками пальцев по тонкой линии шрама.
— Ты самая совершенная, Федотова. Для меня."
"В груди всё сильнее и объемнее разливается тёплое чувство, которое наполняет меня до дна. Новое, приятное, которое возникает только рядом с Даней. Мне хочется сказать ему об этом, но я забываюсь. Воронов освобождается от одежды, во всей красе показывая свою подтянутую красивую фигуру, рельефный живот и вздыбленный готовый к новому заходу член.
А потом всё опять заканчивается. До следующего раза. Я теряю счёт времени, изредка посматривая на установленную в детской комнате видео-няню, чтобы убедится, что с Кристиной всё в порядке, и она сладко спит в своей кровати, предоставляя родителям долгожданное время для двоих.
В следующее мгновение Воронов лежит на спине, закинув руки за голову и с чертями в глазах наблюдает, как я обхватываю руками его твердый член и медленно обвожу вокруг головки языком. Ласкаю пальцами, обхватываю губами у основания, всасываю в себя, чувствуя невероятное блаженство от того, что могу дарить своему мужчине удовольствие.