Ты хочешь отправить самых боеспособных адептов вплавь по дерьму, в это время бездумно атаковать мост, в надежде что замок затопит, башня не утонит, вы сможете переправиться, а нам никто не помешает навести переправу не спалив или не уничтожив её, в то время пока горстка идиотов будет окружена во внутреннем дворике фанатиками Врага. Или я что-то упустила?
— Нет, — Хаджар отложил стилус и скрестил руки на груди. — Причем уложиться по должны в час, максимум — два. Иначе орденовцы успеют понять что к чему и закрыть все шлюзы, вентили ну или что там у них.
Аэй выругалась. Следом Иция, Лэтэя и все остальные. Кроме гнома. Он и не перестовал ругаться.
— Смерть близко.
— О да, Гай, — протянула Иция. — Ты прав… мы действительно не думали, что Безумный — это не просто забавное прозвище.
Глава 1725
Глава 1725
Хаджар, поднявшись на пригорок, смотрел на двадцатитысячное войско. Он уже успел послушать кривотолки о том, что барды целую эпоху будут слагать легенды и песни о том, как выходец из захолустья смертных регионов — варварских королевств, пройдя путь с низов — ниже практикующего, обрел достаточную силу, чтобы вести за собой воинство Чужих Земель.
Тысячи Безымянных и сотни Небесных Императоров. Все они, все еще растерянные после осознания, что количество их энергии строго ограничено личным запасом, смотрели на холм и ждали. Ждали ободряющих слов, пылкой, пламенной речи или чего-то еще в этом духе. Но Безумный Генерал не говорил речей перед началом битвы, не пытался никого воодушевить.
Все это сделают барды и скальды. Они напишут, что Хаджар, преисполнившись честью и достоинством, подобрал нужные ключи к сердцам своих людей и, заполнив их до краев стремлением к праведной победе, повел войско в бой.
На деле все не так.
На деле двадцать тысяч человек, сколько бы веков они не топтали пыльные тропинки Безымянного Мира, не хотели умирать. Им было страшно. И ужасно одиноко. Несмотря на локоть слева и плечо справа, они сейчас чувствовали себя так же, как если бы стояли один на один с армией противника.
И единственное, что мог сделать генерал в этой ситуации — напомнить, что воин не один, что рядом стоит точно такой же боец. И что, если сегодня им не суждено будет встретить закат, то, как минимум, та же участь постигнет и того, кто будет находиться по другую сторону щита.
В привычном жесте Хаджар вскинул кулак к небу.