Её можно сравнить с ценами на машины… А вообще, если переводить в рубли, то один медяк — это где-то около сотни вечно деревянных. То есть крестьянин получает десять тысяч рублей, а более-менее живая лошадь стоит несколько миллионов, правда, они в этом мире более выносливые и вполне могут проходить по сотне километров в день.
— Получается, у нас есть почти двадцать четыре тысячи?
— Ага… Всё-таки это очень мало, — подытожил я. — Как бедняки мы, может, и проживём, но нафиг надо? Сейчас бы найти какое-нибудь «Азино Три Топора» и поднять бабла… Возможно, мой дар нам в этом поможет… А если нет, то пойдёшь лес валить.
— Что?.. Валить лес?.. — Изабелла аж опешила. — Я?..
— А кто ещё? Силушки вон сколько! Если ничего другого не придумаем, то будем использовать это твоё преимущество по назначению.
— Хорошо… — ей не особо понравилась моя идея, но будучи помощником, она не могла отказать.
— Ладно, вернёмся к нашим баранам… — я вновь сел на то же самое крыльцо и попытался сосредоточиться. — Что я там должен почувствовать?
— Загляни внутрь себя.
— А что потом?"
"— Потом резко открой глаза. В теории на тебя должно снизойти озарение. Если всё пройдёт нормально, то ты будешь знать, что у тебя за способность и как ею пользоваться.
— Ладно попробуем…
На словах звучало всё несложно, но на деле даже найти этот свет оказалось чрезвычайно тяжело. Тут Изабелла не соврала: я бы ни за что не смог пробудить дар в замке, ибо нужна была предельная концентрация.
Прошло минут пятнадцать, у меня даже задница затекла, но я был всё ближе… Свет постепенно становился всё ярче и ярче… Но невыносимым назвать его было нельзя.
Затем в какой-то момент мозг натурально начал гореть! Мне даже показалось, что черепушка начала плавиться, благо запаха жжёных волос не было… В глубине души я надеялся, что не стану каким-нибудь призрачным гонщиком…
Когда терпеть жжение стало невозможно, я распахнул глаза и увидел себя со стороны.
В следующий миг всё вернулось на круги своя. Я сидел на той же доске с онемевшей задницей.