Но то, что он сделал и произнес далее, и вовсе шокировали бедную девушку.
Он повел носом, словно принюхивался. Сделал вывод и вынес вердикт.
— Ты испытываешь страх. Почему?
Уитни вздрогнула.
— Нет, Вы ошибаетесь…
— Не ври мне!
Лишь немного повысил голос, а каков эффект!..
Уитни, стараясь сохранить спокойствие, даже выдавила из себя улыбку.
— Киан, позвольте, с чего Вы решили, что я Вас боюсь? Да и Ваш тон… Не располагает к доверительной беседе.
Она ещё не успела закончить говорить — одна его рука скользнула ей в волосы и остановилась в районе затылка, где пальцы тотчас начали легкое поглаживание.
— За тон — извини. Погорячился, — его голос приобрел более глубокую хрипотцу, глаза, что отражались в зеркале трюмо, снова стали черными. — Мне становится не по себе, когда я чувствую твой страх.
Уитни тоже решила быть откровенной.
— Это не страх, Киан… Больше размышление и волнения.
— Почему волнуешься?
— А разве у меня нет причины для волнения? Постараюсь объяснить, только, пообещайте, что не рассердитесь и не будете смеяться.
— Говори, — и снова почти приказ.
Вот что с ним сделаешь?
— Когда я посещала дом мадам Ирмисы, то особый акцент сделала на то, чтобы мужчина был средней, не выдающейся комплекции. И когда увидела Вас, идущим к коттеджу по тропе… Меня насторожила Ваша внешность. От мужчин, подобных Вам, предпочитаю держаться в стороне, — рука, ласкающая затылок, замерла.
Как и сам мужчина. Уитни готова была поклясться, что в тот момент едва ли не физически ощутила, как от его крупного тела исходят волны сдерживаемого негодования.
— И что же не так в мужчинах, подобных мне? — вопрос Редрас задал, едва размыкая губы.
Всё-таки Уитни поспешила с откровенностью.
Пришлось объясняться дальше.
— Наверное, это прозвучит глупо, но я теряюсь, когда мужчина крупной комплекции и высокого роста оказывается вблизи меня. Он подавляет меня. Претендует на моё личное пространство, — заметив, как дернулись уголки губ Редраса, Уитни вспыхнула и поспешно добавила: — Вы обещали не смеяться!
— Я ничего не обещал, — едва ли не промурлыкал мужчина, и, склонившись, снова втянул в себя запах Уитни.
Брови Уитни медленно поползли кверху.
— Постель? — она облизнула внезапно пересохшие губы.
— Именно.