— Разве можно, мисс Кларисси?
Уитни лишь отмахнулась.
За завтраком собрались все. В том числе и Зародски. И надо же было такому случиться, что его посадили рядом с ней! Уитни едва сдержалась и не высказала вслух желание пересесть.
— Должен перед Вами извиниться за несдержанность, проявленную в отношении Вас, мисс Кларисси.
Это сейчас ей говорит Иван Зародски?
В первую секунду Уитни слегка замешкалась, не зная, что сказать и как реагировать на внезапно изменившееся к ней отношение главы вампирского клана.
— Что Вы, господин Зародски, извинения с Вашей стороны лишние, — она заставила себя улыбнуться. — Мне остается надеяться, что в будущем между нами не возникнет недоразумений.
Вампир сдержанно улыбнулся в ответ.
— У меня не может быть недоразумений с женщиной друга.
Если Уитни думала, что сегодняшним утром её уже ничто не сможет удивить — глубоко заблуждалась.
Завтраком давилась. Легкую беседу за столом поддерживала с трудом.
Это она ЕГО женщина? Откуда?.. Как?.. Почему?..
И, Всемилостивая, почему так решил Зародски? В голове возникали самые сумасбродные и постыдные предположения. Не может же быть, чтобы Киан рассказал об их уговоре вампиру? Конечно, не может! Тогда как?..
Осмысление пришло ближе к окончанию завтра, когда Уитни заметила, как господин Зародски принюхивается. Так вот, в чем дело… Неужели он на ней чувствует запах Киана? Подождите-подождите! Если это на самом деле так, то и другие с легкостью поймут, что у неё связь с Редрасом!
Уитни встрепенулась и впервые за время завтрака посмотрела на Киана.
И вздрогнула.
Мужчина сидел и недобро смотрел на неё. Сердито.
Причем смотрел, не таясь. Уитни осторожно осмотрелась по соседям и заметила, что на неё исподтишка, с интересом, посматривают другие гости. Н-да, сплетни только разрастутся. А Киан тоже хорош! Чего уставился?
После завтрака намечалась прогулка верхом. Уитни собиралась вместе с остальными, развеяться не помешает.
Она, скинув второе за утро платье, стояла за невысокой черной ширмой в ожидании появления Симоны. Чертовка куда-то запропастилась. И когда послышался негромкий хлопок двери, недовольно окликнула:
— Поживее, пожалуйста!
— Как скажешь.
От мужского хриплого голоса мгновенно кинуло в жар. Уитни пришлось ухватиться за ширму, ноги враз ослабли и перестали держать.